Но я ошарашена — всё здесь настолько отличается от моего привычного окружения.
Украдкой рассматриваю других посетителей, вижу роскошно одетых женщин и холёных мужчин. Мраморная стойка ресепшн украшена вазами с живыми цветами, за спиной администратора источает мягкое уютное сияние гигантское панно со скрытыми лампами."
"Данила не выпускает мою руку. Миновав турникеты, он уверенно направляется в боковой коридор, к отдельному лифту.
— Нам сюда.
— Откуда ты знаешь? Ты уже был у Демьяна Андреевича?
— Был.
И в офисе, и в квартире, — небрежно отвечает мажор. Он здесь как рыба в воде.
Зеркальная кабина взмывает вверх настолько стремительно, что у меня закладывает уши — как в самолёте. С того самого момента, как мы отправились в путешествие, я нахожусь в странном состоянии, будто в полусне. Не верю, что всё это происходит со мной. Впечатления обрушиваются лавиной, не успеваю их перерабатывать.
Из лифта выходим в межквартирный холл и через пару шагов уже оказываемся перед нужной дверью.
Пока Данила набирает код на сенсорной панели, успеваю испытать мгновенный страх, что сейчас замок не сработает, придётся звонить Кольцову, отрывать его от важных дел.
Но Данила распахивает дверь и по-хозяйски вламывается в апартаменты миллиардера. Тянет меня за собой, сгружает сумку и ноут на банкетку, сразу расстёгивает мой пуховик, стаскивает шапку.
— Эй, малыш, расслабься! Ты чего такая напряжённая?
— Тут всё шикарное…
— Самое шикарное — это вид.
Идём, покажу.
Побросав верхнюю одежду в прихожей, перемещаемся в гостиную, и у меня захватывает дух. За огромной стеклянной стеной переливается бескрайнее золотое море. Город расстилается до самого горизонта, пылает миллиардами огней, живёт своей ночной жизнью. Перед нами он как на ладони, ведь мы смотрим на столицу с семьдесят второго этажа небоскрёба…
— Ну что, Лер, классно я придумал напроситься в гости к Демьяну?
— О-о, да-а-а…
Данила вдруг подхватывает меня на руки, и в следующую секунду я лечу на мягкие подушки исполинского дивана.
В полёте успеваю испуганно пискнуть, а милый тут же наваливается сверху и начинает щекотать, приговаривая:
— Попалась, малявка, попалась! Теперь ты от меня не уйдёшь!
Пять минут мы сражаемся на диване, я ору от щекотки и со слезами умоляю Данилу прекратить. Мутузим друг друга, боремся. Заканчивается побоище тем, что у обоих растрепались волосы, горят щёки и сверкают глаза.
