Его лицо заметно раскраснелось, но голос звучит бодро. — Так, Аине наверное нужен сок, — он окидывает взглядом стол. — Арсений, нальешь. А срок-то кстати какой?
Я все-таки позволяю себе украдкой смахнуть слезу. Жалко, мама всего этого не видит. Надеюсь, что она знает, насколько ее дочь сейчас счастлива.
Эпилог
Полтора года спустя
— Это кто у нас такой улыбака? — я осторожно сжимаю теплые пальчики сына и не удержавшись, касаюсь носом макушки, чтобы втянуть его запах. — Макар такой улыбака? А кому достались папины глазки? Тебе, да?
При слове «папа» сын улыбается еще шире, демонстрируя крошечные горошинки зубов.
Меня захлестывает мощная волна эмоций, от которой распирает грудь. Хочется зацеловать его всего, чтобы еще немного освободить свою любовь.
Я никогда не думала, что можно любить так, как я люблю нашего с Арсением сына — с первых секунд, как мне дали его в роддоме. Эта любовь не имеет ничего общего со всем, что я знала до этого. В ней нет места сомнениям, страхам, неуверенности.
Макара я люблю безусловно, ничего не ожидая взамен. Достаточно, чтобы он просто посмотрел на меня, смешно поморщился — и все. Я захлебываюсь чувствами.
— Знаешь, какой сегодня день? День твоего рождения. Сегодня придут тетя с дедулей и задарят тебя подарками.
— Тетя? — Макар старательно вытягивает губы, выговаривая новое слово. Луизу он очень любит — ведь она научила его играть в любимые ладушки.
— Где наш именинник? — слышится сверху веселый голос Арсения. Я задираю голову, но успеваю увидеть лишь задравшиеся рукава футболки.
Муж тянется к нашему сыну и подхватывает его на руки.
При взгляде на своих самых любимых мужчин я улыбаюсь как дурочка и лишь потом, опомнившись, лезу в карман за телефоном, чтобы их сфотографировать. У меня в галерее тысячи подобных снимков, но еще один ведь никогда не помешает. Не могу отказать себе в удовольствии запечатлеть момент семейной идиллии. Арсений надо мной посмеивается, когда я притаскиваю из фотостудии очередной распечатанный альбом.
Говорит, что если бы знал о моей одержимости фотографией, то обязательно построил дом побольше, потому что к пятилетию сына нам будет негде их хранить. Меня это конечно нисколько не останавливает.
С Макаром на руках он подходит к столу и вручает ему детское печенье. Сын сжимает его в кулачке и моментально тянет ко рту — он тот еще сластена.
— Тебе наверное собраться надо? — Арсений вопросительно смотрит на меня.
