— Знаешь, сколько у него один пост рекламный стоит? — не смолкает Рада. — Триста косарей.
— Ты мне его сватаешь, что ли, я никак понять не могу? — спрашиваю я, хотя ответ на свой вопрос уже знаю. Слишком знаком мне этот тон и фразы с перечислением заслуг потенциального кандидата.
— Просто рассказываю. Дан нормальный, без понтов и звездных закидонов. Реально хороший парень. С придурками не общаюсь, ты в курсе."
"— У меня же Арсений есть, — не удерживаюсь от удовольствия повторить эту фразу снова.
Радмила выдерживает многозначительную паузу и глубоко вдыхает.
Я моментально подбираюсь, готовясь обороняться. Главное, не забывать, что сегодня ее день рождения, и постараться не поссорится.
— Аин, ты такая девчонка красивая. На тебя парни головы сворачивают. На кой черт тебе дался именно Аверин? Он, блин, взрослый мужик, и совсем в другой среде вращается. Там все по-другому. Был у меня один взрослый дядя, я тебе про него как-то говорила. Они с Арсением как раз чем-то похожи: у обоих морды кирпичом, лишнего слова из них не вытянешь и в глазах вечно работа, — она кивает себе за плечо, туда, где сидит ее новоиспеченный парень.
— С Ромычем настолько кайфовее, ты даже не представляешь. Поржать можно, в машине посреди двора потрахаться и в пять утра в постели шампанское из горла херачить. Легко и весело.
Конечно, Радмила не права. Она ведь понятия не имеет, каково мне с ним. Как Арсений умеет подшучивать, и как страстно умеет целоваться. Не знает, какой он умный и проницательный и что с близкими людьми ведет себя совершенно по-другому.
Не так, как с остальными.
— С Арсением тоже весело, а пить утром я не люблю. За секс можешь не переживать: у нас с ним все в порядке.
— Все познается в сравнении, хомячок, — назидательно произносит Радмила. — Без обид, но тебе ведь особо и сравнить не с кем.
«Без обид». От этой присказки я ежусь. Ее как правило и говорят именно для того, чтобы обидеть.
— То, что тот мужчина тебя разочаровал, не означает, что со мной будет то же самое.
Мне с Арсением хорошо. Он для меня особенный.
— А ты для него особенная, Аин? — не сдается Радмила. — С Ладыгиной он расстался?
— Расстанется, — как можно тверже произношу я.
От былой расслабленности не осталось и следа, тело превратилось в голый нерв. Мне начинает казаться, что в придирках Радмилы есть что-то личное, а иначе почему она снова так взъерепенилась? Возможно, это как раз и связано с тем мужчиной постарше, которого она упомянула.
