Я-то почти в два раза её старше, но много чего за свою недолгую жизнь повидать успела, потому во многих ситуациях мне «море по колено». К тому сейчас, благодаря титулу Адама, могу позволить себе намного больше, чем простая служанка. Знаю, что это неправильно, но к Энид я отношусь как к младшей сестре, когда прилюдно готова дать отпор любому, обидевшему её, а нравоучения отложить до тех пор, пока не останемся наедине. Чтобы и свой авторитет сохранить, и её прилюдно не унизить или не выставить не в лучшем свете.
Потихоньку всхлипывания становились всё тише.
– А если бы я не решилась отнести мешок?
– У вас доброе сердце, Энид. А с того самого дня, когда мы вместе обнаружили избитого Рейнальда, прошло слишком мало времени, чтобы вы смогли забыть, насколько тот окоченел и как пытались его согреть, чтобы ему не стало ещё хуже от длительного переохлаждения. Так что ваше поведение было вполне предсказуемым.
– Я повела себя как дурочка...
– Там, откуда я родом, знаете, как говорят? «Все бабы – дуры, но не потому что дуры, а потому, что – бабы».
Мы, женщины, живём в первую очередь сердцем, чувствами, в отличие от мужчин. Это не плохо на самом деле. Восприятие мира насыщеннее. Хотя и дров порой ломаем немало, поддавшись эмоциям. Вот здесь неплохо было бы научиться держать баланс между душевными порывами и холодным разумом. Знаете, как я волновалась, когда вас так долго не было? Ещё минут пять, и лагерь на уши подняла, чтобы отправились на ваши поиски, Энид. До последнего уговаривала себя не поднимать шумиху, прикидывая, насколько далеко смог уйти раненый с учётом того, что Манайр влил в него целебных снадобий, и сколько времени понадобится одной юной деве, чтобы вернуться обратно.
Ещё надеялась, что наш незваный гость останется в пределах внешнего круга дозорных.
– Он и остался.
– О, я же говорила Боргесу, что тот не идиот. Куда безопаснее остаться среди недружелюбных воинов, которых осадила женщина, чем познакомиться с дружелюбными оскалами лесного зверья. Кстати, вас кто-нибудь заметил, Энид?
– Нет.
– Ну и чудно. Даже если бы и заметили, решили, что ваше появление – это очередная прихоть сумасбродной герцогини.
– Миледи, но ведь я же сама решилась... Скрывать не стала бы этого.
– Я за последние дни умудрилась неоднократно ошарашить наших сопровождающих, так что...
– ...маленькая ложь рождает большие неприятности... – повторила мои слова Энид, сообразив, что к чему. – Мне никто не поверил бы...
– Да. Поэтому больше не врите мне. Чтобы ни случилось.
