— Никогда мне не было так легко и хорошо, как с тобой, Сабина.
Нервно сглатываю, услышав его признание — такое искреннее и откровенное, что дрожь моя только усиливается. А когда Нариман снова берет меня за руку и притягивает к себе, я уже забываю обо всем на свете и отдаюсь долгому, прощальному и горячему поцелую. Одна ладонь на моем лице, другая спускается вниз и проскальзывает под распахнутый плащ. От того, как рука этого мужчины сжимает кожу на талии, из груди вырывается стон. Вот значит, каково это — быть желанной…
Глава 13.
Что с нами?
Таир
Что мне нравится в работе в европейском офисе, так это четкое разграничение обязанностей, которое позволяет соблюдать установленный график. В Казахстане объем работы гораздо больше, чем здесь, а в Европе все функции сужены и каждый отвечает за свой участок. Именно поэтому в Будапеште я освобождаюсь пораньше и сразу еду домой.
Вечером у нас два варианта: либо Эля готовит что-то на ужин, либо мы выходим поесть куда-то и заодно погулять. В последнее время стараемся делать это чаще из-за теплой погоды, гиперактивности сына и Элиного напряжения.
Я стараюсь ее понять, ведь именно я выдернул ее из привычной среды в родном городе и привез в другую страну. Пока я работаю, она сидит дома с нашим маленьким непоседой, у которого в два с половиной не закрывается рот, как и моей дочери когда-то. Она с ним один на один, без тети, которая ей помогала, и без подруг, с которыми она могла бы развеяться. Новых в силу языкового барьера она еще не завела."
"Один раз на выходные мы взяли машину и поехали посмотреть Вену.
Поездка вышла на четыре с минусом, потому что Алана по дороге укачало, потом он капризничал и уже ближе к городу заснул. После мы решили полететь на самолете в Париж. С этим справились лучше, но путешествовать с маленьким ребенком очень сложно.
Эля не оставила в покое свою идею забеременеть. Я, как и обещал, нашел для нее частную клинику, где есть врачи, говорящие по-английски. Через коллег я вышел на местную няню, которая могла бы посидеть с ребенком, пока Эля будет у врача.
В первый раз она вернулась оттуда воодушевленная и веселая, заверила, что ей все понравилось. Но уже в процессе обследования она приуныла, а сегодня позвонила мне в слезах прямо на работу. Я жутко испугался, услышав в трубке ее всхлипывания. Кое-как успокоил, сказал, что дома поговорим спокойно.
И вот я здесь, стою перед нашей дверью, жду, когда откроет. Переступив порог, понимаю по ее опухшим глазам и раскрасневшемуся носу, что плакала.
