Между нами возникает неловкая пауза, потому что я внезапно вспоминаю, как мы с ним познакомились и как он потом ругался матом на моего мужа и брата. Он, наверное, думает о том же.
— Я побегу, а то меня на работе потеряют. Я отпросилась у начальницы, но не сказала куда еду, — честно признаюсь я.
— Не буду задерживать, — кивает мужчина. — Может, скоро будем коллегами.
— О, я очень надеюсь. Мне здесь так понравилось.
— Ну если понравилось, тогда тем более. Вас проводить? — подняв руку, он указывает на лестницу.
— Нет-нет, спасибо. Я запомнила дорогу. Рада была видеть, — совершенно неожиданно для самой себя, а может уже просто на автомате, протягиваю ему руку на прощание. Он дергает бровью, но делает тоже самое и касается моей ладони.
— Взаимно, — кивает он.
Ладонь у него крепкая, твердая, но теплая. От недолгого рукопожатия отчего-то покалывает в пальцах, и я отстраняюсь первая.
— До свидания! — прощаюсь я.
— Счастливо! — отвечает Нариман, все также стоит на месте, когда я поворачиваюсь и иду к лестнице.
Положив руку на перила, все-таки смотрю в его сторону и вижу, как он заходит в один из кабинетов.
Больше года назад этот человек пожелал мне счастья, а ему любви. Мне кажется, я стала счастливее, чем была. А он — нашел ли свою родственную душу. Нет, мир и правда очень тесен, или как говорит моя Ирада: “Земля квадратная, за углом встретимся ”.
Глава 3. Мы друг другу никто
Сабина"
"На пару дней совершенно забываю о собеседовании, потому что у меня температурит Нафиса.
Отпрашиваться уже стыдно, поэтому с дочкой остается Ирада, а я еле досиживаю до шести и бегу домой. Как обычно, малышка подхватила вирус в садике, и теперь недельный больничный нам гарантирован. В этой запарке думать о чем-то кроме моей малышки и работы, которую надо срочно закончить, я не могу.
В десять вечера, когда я пытаюсь уложить Нафису спать, звонит ее отец. Я как назло не поставила телефон на беззвучный режим, и дочка, услышав громкую мелодию, тут же отвлекается.
— Это дадака? — спрашивает в темноте.
— Наверное, — обреченно вздыхаю, включая ночник на прикроватной тумбочке.
Ругаюсь про себя, что Таир опять выходит на связь в неподходящее время, и сейчас Нафиса перевозбудится и не заснет. Но ничего не говорю, ведь знаю, что она скучает по папе. Ответив на вызов, сразу же показываю ему дочку, которая машет ему в экран.
— Привет, солнышко! — здоровается он с дочерью. — Как дела?
Нафиса хочет ответить, но начинает кашлять.
