Но соображения свои держал при себе, в любом случае, той нежности, которую он испытывал к беременной жене и «мальчику Эвочки», как они уже между собой называли малыша, должно было хватить с избытком.
Первое время после свадьбы было сложным, Эва по каждому поводу советовалась с отцом, к тому же, она возглавила его благотворительный фонд, и они много времени проводили вместе, разъезжая по разным мероприятиям. Надо сказать, смотрелись отец и дочь вместе превосходно, таблоиды, после того, как перестали мыть им кости, теперь ринулись возносить хвалебные оды.
Но Макара не покидало стойкое ощущение, что он женился не на своей Эвочке, а на Ямпольском.
«Я спрошу у папы», «Ты советовался с папой?», «Я побуду с папой». Макар пробовал поговорить с Арсеном, но тот лишь высокомерно отвечал:
— Это означает только одно: твоя жена не привыкла тебе доверять. Решай сам эту проблему, Демидов, но если хорошенько попросишь, так и быть, я поменяю тебе подгузник.
И Макар решил проблему радикально. Он купил путевку в свадебное путешествие на троих, купил абонемент в тренажерный зал и бассейн на троих, записал всех троих на курсы молодых родителей и на первом же семейном ужине торжественно вручил Арсену путевку и абонементы.
— Ты нормальный, зять? — с нескрываемой издевкой спросил Арсен, разглядывая талон с беременной парочкой на развороте. — На хера я там нужен?
— Кстати, Мак, а зачем ты поставил в спальне раскладушку? — посмотрела на мужа лучистыми глазами Эвочка. Отец лишь крякнул и сочувственно качнул головой.
— Это для папы, он теперь будет везде ходить с нами, и жить будет с нами, правда, папа? — с нажимом произнес Макар, глядя в глаза Арсена. — И только попробуй пропусти хоть одно занятие!
Арсен ошалело разглядывал абонементы, билет на самолет и талон на проживание в номере для новобрачных.
— Не понял, я что, там третьим тоже буду? — поднял он на Макара полыхающий взгляд.
— Да, я заплатил за дополнительное место, — кивнул Мак, — на меня, конечно, смотрели как на дебила, но я сказал, что с нами приедет папа.
— Старый идиот! — буркнул Роман, отворачиваясь.
Арсен отправил Эву за Машкой, сам изорвал на мелкие клочки абонементы и талоны, сквозь зубы матеря Макара, но при этом прятал довольную полуулыбку, и еще Мак успел заметить мелькнувшее в его глазах уважение. С тех пор папы в их жизни поубавилось…
Его воспоминания были прерваны громогласным ревом обоих отцов.
— Макар!!!
Мак вбежал в гостиную и сразу увидел испуганные глаза жены.
