Размечталась Ника о душевном свидании в тихом месте.
— Я для тебя кое-что приготовил. Это интереснее любого ресторана, но туда лучше ехать на мотоцикле.
Надо было все-таки бежевое платье надеть. Или мини юбку. Или платье на бретельках. Был бы повод отказаться. Черт, все что угодно, только не мотоцикл. У меня же ребенок! Может быть Игорь и водить не умеет?
— Давай здесь поговорим? Кстати, я же Светку еще не искупала. Точно, я ненадолго вообще выскочила. Скоро домой нужно возвращаться, мама просила…
— Я не понял, ты боишься сейчас?
— Нет, уже поздно, день тяжелый.
Оставь мотоцикл здесь, прогуляемся, поговорим.
— Ника, брось! Если я хоть что-то понимаю в людях, тебе понравится. Я уверен на все сто, ты будешь в восторге.
— Ну… Может быть, только давай завтра?
— Завтра еще покатаю. А сейчас нам надо в одно место. Не переживай, это недалеко. Верну тебя очень быстро.
Пока я пытаюсь придумать новые отговорки, Игорь надевает мне на голову шлем. Я не совсем осознаю, что происходит. Для меня поездка на мотоцикле — что-то запредельное, из разряда полета в космос.
Да, люди летают, но зависти я к ним не испытываю и это существует где-то отдельно от меня.
Двигаюсь, как во сне. Почти не слышу того, что говорит мне Игорь. Он сажает меня, показывает, куда ставить ноги. Ловко садиться передо мной, надевает шлем.
— Все, готово. Держись.
— За что?
— За меня!
Я вцепляюсь за кожаную куртку Игоря так, что белеют костяшки пальцев и закрываю глаза от ужаса.
Мотоцикл ревет, будто отрывается от земли, и трогается с места.
Как только мы набираем скорость, страх и волнение исчезают. Есть только восторг, я лечу!
22. Ветер в лицо
Я обнимаю Игоря двумя руками и прижимаюсь к его спине. Это удивительно, но страх, пронизывающий меня, исчез. Надежная машина, сильный мужчина — я доверяю им всей душой. Полностью полагаюсь на опыт и мастерство Игоря, мне с ним спокойно и безопасно.
Мы врезаемся в ветер, и я чувствую, как меня наполняет энергия и свобода. Рев мотора заглушает все другие звуки, и я не могу спросить, долго ли нам ехать.
Но мечтаю о том, чтобы это продолжалось вечно. Иногда Игорь наклоняет голову, и я вижу под шлемом незащищенный участок загорелой шеи. Это так трогательно, что мне хочется прижаться к его шее губами.
Я ощущаю телом вибрацию мотоцикла, каждую неровность дороги, малейшее движение Игоря передается мне — мы слились в один организм. Нас объединяет этот полет и моя жизнь больше не будет прежней. Там теперь навсегда будет летящее чувство свободы.