– Ты должна немедленно уехать оттуда! Это не твое дело, это дело милиции. Хочешь, я за тобой приеду, и мы…
– Дунька, мы с Димой сейчас поедем ко мне на работу. Мне нужно поговорить с Максом, он что-нибудь посоветует. Я тебе позвоню. Ты не волнуйся.
– Да как же мне не волноваться, когда… Да еще этот! Откуда он свалился на нашу голову?! Это его дача, что ли?! Или он купил ее у старых хозяев? Там же были какие-то старики, когда мы маленькие были!
– Это дача его дедушки и бабушки, – пояснила Лиза. – Он и не приезжал никогда, а сейчас он бомж и там живет.
Он так сам говорит.
– Лиза, беги от него сейчас же! Ты что?! Не понимаешь, что с ним может быть опасно?! Мало того, что он бывший олигарх, он еще и бывший зэк!
Наверное, не следовало говорить всего этого при Илларионе, который даже переминаться с ноги на ногу перестал – от любопытства и изумления, – но Дуньке было не до политеса.
– Мы потом поговорим, ладно, Дунь? Я сейчас не могу.
И в трубке все смолкло."
"– Это кто, твоя сестра? Вы про Белоключевского говорили? – спросил Илларион специальным равнодушным голосом.
– Он был заметной фигурой, а потом сожрали его и даже костей не выплюнули. Он теперь никто, ноль – минус три. Вот как бывает, да? А начальник новый…
Но ему не везло сегодня. Телефон на столе у ошеломленной новостями Дуньки опять залился тревожным светом, и она опять за него схватилась.
– Да!
– Евдокия?
Дунька чуть не застонала. Звонила свекровь. Однако стонать Дунька не стала – свекровь все равно не поняла бы и уж точно ни в коем случае не одобрила этого!
– Здравствуйте, Фиона Ксаверьевна.
Как вы поживаете?
– Благодарю, все в порядке. Как здоровье твоих родителей?
– Благодарю, все в порядке, – отозвалась вредная Дунька, и ей представилась свекровь – в английском твиде, нога на ногу, на пальце бриллиант, не иначе «граф Орлов». Впрочем, этот самый «Орлов», кажется, находится в Грановитой палате и является национальным достоянием, а посему не может украшать палец свекрови.
Или может?.. В их семейке все возможно.
– Ты дома?
– Нет, Фиона Ксаверьевна.
Об эту пору я всегда на работе.
Свекровь помолчала.
– А мой сын? Я не могу ему дозвониться уже вторые сутки.
– А сын как раз дома, – охотно объяснила Дунька. – Должно быть, отдыхает от трудов, Фиона Ксаверьевна. Приехал утром. Был бледен.
Зачем она про бледность?! Так, от вредности, должно быть.
Свекровь помолчала. Дунька тоже помолчала. Должно быть, помощница наливает чай. Чай не обычный, а специальный, который привозят из Китая.
