Потом наконец сообразила, что они, должно быть, остановились, когда бывший олигарх и нынешний любовник толкнул ее в снег под забор.
Будильник на втором этаже, далеко, зато можно посмотреть время в мобильнике. Вздыхая, она отправилась искать телефон и нашла его на террасе. Телефон лежал на столе. Она собиралась звонить Дуньке, когда услышала за окнами, как Белоключевский шаркает своей лопатой.
Она поднесла мобильный к глазам, но какое-то непонятное белое пятно на ковре привлекло ее внимание. Не было раньше никакого пятна.
Она наклонилась и посмотрела. Потом потрогала рукой.
Это оказалось никакое не пятно, а тонкая пластинка тающего снега, похоже, отвалившаяся с подошвы башмака. Вон даже рифленый след остался. Лиза присела и еще потрогала холодную шершавую поверхность.
Холод из пальцев хлестнул прямо в мозг.
Здесь никого не могло быть. Белоключевский не заходил, а она сняла унты в коридоре. И тем не менее кто-то был здесь, совсем недавно, потому что снег еще не растаял!
Никто не мог вернуться, чтобы убить ее, так сказал ей сосед, но тем не менее кто-то вернулся! Вернулся и сейчас у нее в доме! И он сейчас убьет ее или убьет на улице, когда она, подгоняемая ужасом, выскочит наружу.
В доме у нее шансов нет, но она может попробовать добежать до Димы. Она попробует добежать до Белоключевского!
Лиза Арсеньева, преуспевающая деловая женщина, сама себе начальник, руководитель и в некотором роде бизнесмен, на четвереньках поползла в сторону входной двери, потом вскочила на ноги, ринулась в коридор и опрометью выскочила на крыльцо.
Только бы добежать.
Только бы добежать, пока не грянул выстрел в спину!
Она пронеслась по своему участку, протиснулась в дыру в заборе, на которую, слава богу, не была повешена калитка, пробежала под соснами и кустами бузины и сирени. Большая Медведица прыгала у нее над головой, вот-вот рухнет и придавит ее своей тяжестью. Лиза взлетела на крыльцо, рванула дверь и стала валиться назад, потому что дверь оказалась не заперта и распахнулась сразу, наотмашь.
Лиза ворвалась в тесный коридорчик, из которого ушла всего несколько минут назад, и замерла.
В доме пахло какой-то тяжелой химией, от которой немедленно закружилась голова, и из ванной доносились какие-то странные, хлюпающие звуки, будто кто-то тонул."
"У нее была только одна секунда, чтобы сообразить. Она не сообразила бы сама, но кто-то помог ей, словно вложил в голову это моментальное осознание.
Тот человек здесь. В ванной.
