- Мужчины дают, женщины берут. А все потому, что мужчины берут, то, что женщины дают… - вымолвил поучительно, выдавая собственную интерпретацию взаимоотношений мужчин и женщин, на мой взгляд весьма упрощенную.
Невольно скривилась, а после усмехнулась, понимая, ко мне подобный вариант не имеет никакого отношения. Девушка я свободная, а потому брать мне не у кого. Но разъяснять не стала, предпочитая сосредоточиться на главном.
- На прежнем балу у меня были украшения из магически стабилизированных цветов.
Возможно и сейчас использовать подобное? – высказала предложение, пожимая плечами на его комментарий. Для себя необходимости в наличии драгоценностей совершенно не ощущала.
- Уныло и пошло. Босяцкий подход к решению проблемы… - недовольно кривя губы, отозвался он.
Казалось, наша перепалка заинтересовала присутствующих девушек. Любопытство они умело скрывали, но ощутимо насторожились, прислушиваясь к словам.
Спросить с самовлюбленным кутюрье не хотелось, мало ли, как воспримет, но свою точку зрения высказала твердо.
Чувствуя за собой непоколебимое право принимать такие решения.
- Живые цветы совершенны и прекрасны, - несогласно произнесла в ответ, пожимая плечами. Украшения неживые куски камней и металла, в отличии от нежных и хрупких цветов. – А сохранить их и обыграть, здесь уже требуется умение мастера… - продолжила с насмешкой, даже не глядя на застывшего где-то за спиной мэтра.
Нечего нос воротить, если не умеешь. Украшения на балу будут у всех присутствующих дам.
Этим никого не удивить. А вот толковые аксессуары из нежных цветов, это да! Необычно и интересно.
- А это у тебя что? – сказал он взволнованно, отвлекаясь от прежней возни с моим образом. Пришлось оборачиваться, в желании посмотреть, что его так поразило, пробив на эмоциональный отклик. – Так и тянет магией фэйри!
О! Неугомонный мэтр добрался до моего портрета, оставленного на стене седьмым принцем, до времени скрытого декоративной гардиной.
Отброшенной им, являя всем присутствующим итоги стараний младшего принца.
Изображение, в котором можно угадать меня. Казалось, повисшая тишина ощутима, ее можно потрогать руками. Невольно затаила дыхание, словно кожей чувствуя потрясения мэтра и обеих его помощниц.
Мгновенно метнувшись, Айрин ловко прикрыла штору, пряча от присутствующих необычную картину. Ощущение, словно солнце погасили и внезапно сделалось темно. Чувство казалось таким сильным, буквально осязаемым.