Впереди весело трусил Угар — он прекрасно понимал, что мы вышли не на обычную прогулку! Мы дошли до оврага, преградившего мне когда-то дорогу, спустились по нему южнее, повернули на запад, с каждым часом уходя от подвала, служившего нам домом, все дальше и дальше. Дорога стала намного легче и проходимей. Многие трещины в земле сомкнулись, а какие-то просто занесло, и по ним можно было идти без опасения провалиться в бездну. Угар вскоре поймал небольшого зверька — они стали опять попадаться, как только мы отошли от нашего холма на день пути.
Пес стиснул его мощными челюстями — этого хватило, чтобы тот, издав жалобный писк, бездыханно повис в его пасти. Он нимало не походил на тех, кого Угар так старательно истреблял в изученной нами части города — этот был намного меньше. Мы с Натой не отличались сильными познаниями в зоологии и не могли разгадать, прообраз какого животного послужил для создания зверька. Более всего он похож на куницу, но откуда могли появиться в развалинах куницы? Ну и, разумеется, у него, как и у Угара, имелись такие же лапы, отлично приспособленные для лазания по камням и бегу по влажной, запутанной травами земле.
К исходу третьего дня вышли к берегам реки. Еще на подходе услышали неясный шум, а когда поднялись на сам откос, то замерли в изумлении — это оказался гул от набегающих на берег волн!
Вместо почти превратившегося в болота дна, каковым я себе представлял бывшую реку, вместо затонов и небольших озер, на всем протяжении покрытого остовами затонувших кораблей, большими валунами и множеством полусгнивших и ободранных деревьев, перед глазами несла свои воды могучая река.
Река, достигшая почти тех же размеров, что и та, которая была здесь до катастрофы. Мы пораженно смотрели с высокого берега на волны, с которых ветер срывал пенные шапки, не веря своим глазам…
Я ошалело наблюдал за течением — вода полностью изменила свое направление! Та, прежняя, до Катастрофы — текла на юг! Когда мы были здесь со щенком — почти стояла на месте, лишь местами превращаясь в водовороты.
То, что мы наблюдали с Натой — лишь слабое подобие. Эта — несла могучие воды на север, к Провалу!
Было еще одно изменение: волны мчались вдаль намного быстрее, чем прежняя река. Пропали и желто-коричневые пятна стоячих луж, омуты и затоны — цвет воды оказался сверкающе-синий, насыщенный до такой степени, что казался таковым даже вблизи.
Ната зачерпнула ладонью воду и поднесла к глазам.