Ему нравилась текущая позиция. Устраивало распределение прибыли, позволяющее наращивать производственные мощности. Через год на счетах компании должна была оказаться достаточная сумма, чтобы сделать ещё один рывок и запустить новую линейку удобрений. Что должно было увеличить прибыль, как минимум, на пятьдесят процентов. И заметно ускорить темпы развития.
Средний сын председателя сознательно старался держаться подальше от возни вокруг кресла главы Чен Групп, стараясь избежать потенциального ущерба для бизнеса. До недавнего момента, это было несложно.
Достаточно было выказывать лояльность правящей фракции в лице Дак Хо с матерью. Но теперь всё изменилось…
Звонок Ён Чена был неожиданным. Не сказать, что они враждовали, но с другой стороны и хороших отношений между ними никогда не было. В основном всё ограничивалось рабочими контактами по поводу рекламных кампаний. Да и то, довольно редкими — подобными задачами занимались наёмные менеджеры.
Впрочем, если верить словам главы Чен Маркетинг, основания для подобного звонка и последующей беседы, имелись.
Более того — были крайне вескими.
Против того, что второй по старшинству брат станет председателем Чен Групп, Йонг Рэ ничего не имел. Раз из игры выбыл Дак Хо, а следом за ним, на скамейку запасных вот-вот отправится их мать, кандидатура До Юна оказывалась классическим вариантом.
В целом, не было у него и серьёзных претензий к предположению Ён Чена о причастности брата к атаке на мать. Якобы он приложил руку к появлению публикаций о её связи с аферой Дак Хо в корейской прессе и развил бурную шумиху, почерпнув идею у итальянцев — те упомянули Джи Хё в пресс-релизе, который опубликовали незадолго до того, как началась кампания в корейских медиа.
Этот факт люди Йонг Рэ уже проверили.
Он был готов закрыть на всё это глаза. Внутрисемейные конфликты во время битвы за престол чеболя — не редкость. Да и грязные методы игры совсем не новость. Сейчас хотя бы откровенного криминала стало меньше. Чаще старались действовать через медиа или пользовались аппаратными связями.
Но, помимо этого, Ён Чен упомянул ещё один момент. До Юн не просто желал занять место первого среди равных. Он собирался изменить саму структуру корпорации. Во-первых, перевести в свою личную собственность тридцать шесть процентов акций, которыми сейчас распоряжался совет директоров — те двенадцать, что раньше были у отца, плюс идентичный по объёму пакет дяди и такое же количество акций, находящихся во владении самой компании.
