— Оставшуюся часть публиковать?
Я ещё раз прокрутил в голове события, которые происходили после удара в челюсть Джи Сок Ра, и отрицательно покачал головой.
— Нет. Достаточно того, что есть…
Спустя двадцать минут, в офис вернулась Хё Рин, которой продемонстрировали запись произошедшего. К тому моменту, несколько телеканалов и добрых три десятка блогеров запустили прямые трансляции с места событий. Инцидент оказался ещё более громким, чем я рассчитывал. Международная организованная преступность, коррумпированный чиновник из высшего эшелона, нападение на полицейского, применение огнестрельного оружия.
И всё это под соусом обличения пороков прогнившей бюрократии. Сюжет способный собрать максимальную аудиторию.
Это обеспечило бешеное внимание прессы — момент вывода Джи Сок Ра и его телохранителей оказался заснят десятками камер. Безусловно, полиция пыталась оттеснить репортёров и блогеров, которые буквально толпой обступили здание. Но всё, что у них вышло — обеспечить коридор к ведомственным машинам, куда усадили арестованных.
Которых, к тому моменту, засняли с десятков разных ракурсов.
Первые новости о пострадавших оказались обнадёжиающими — судя по утверждениям источников медиа, оба ранения к категории смертельных не относились. Полицейский должен был выжить, а член триады уже через несколько дней станет пригоден для допроса.
В отличии от них, Джи Сок Ра, пусть и не получивший физических ран, оказался погребён заживо. Нам даже не пришлось стараться, чтобы его утопить — сеть профилей подключилась только к моменту, когда интернет уже вовсю гудел.
Слишком опасно было привлекать к себе внимание. Как и давать Га Раму даже косвенные доказательства, что организатором этого действа стала наша небольшая команда. Старый зубр и так всё поймёт, но умозрительные догадки — продукт, который сложно использовать. В отличии от фактов."
"К тому же, дополнительная поддержка в данном случае не требовалась. Новости о произошедшем опубликовало практически каждое издание в Корее. А нарезки из видео с наиболее острыми высказываниями бывшего прокурора заполонили все социальные сети, собирая колоссальная количество комментариев.
Более того — скандал привлёк внимание зарубежной прессы. Сначала на публикации обратили внимание тайваньские медиа, работающие с криминалом, а потом материалы стали появляться на самых разных языках. Понятное дело, их было не так много, как внутри страны, но, тем не менее, они имелись. Что создавало дополнительное давление на власть.
