— Вот, глядите! — восклицала Дити, и вся толпа свояков, своячениц, золовок и прочих деверей завороженно следила за ее пальцем, который, двигаясь по рисунку, повторял путь сампана от Коулуна до безлюдного «Ибиса» (второй помощник отправился на земельный аукцион, а матросы сошли на берег или дрыхли). — Вот оно как! — Затем палец указывал на серанга Али: — А это тот самый башковитый хитрован, придумавший план побега. Вот, смотрите, он забирается на палубу, следом за ним Джоду и Маддоу. Запереть матросов в кубрике — плевое дело, и вот Кесри, Раджу и Нил тоже на борту.
Вмиг поднятые паруса наполнены ветром, торги еще не закончились, а шхуны уж и след простыл…
Эпилог
Приступая к рассказу о компании на борту «Ибиса», автор рассчитывал включить в него материалы, послужившие фундаментом повествования, а именно архив Нила, который состоит не только из его дневников и отрывочных записей, но и большого собрания книг, рисунков и документов, накопившихся за те годы, что в партнерстве с Комптоном (Лян Куэй Чуанем) он держал печатню в Шанхае.
На взгляд автора, спасение архива — самая интересная часть всей истории, и он лелеял надежду, что сцены эти станут кульминационным тамам-шудом[105] его хроники. Но чтобы последовательно к ним подойти, описание должно охватить почти целый век вплоть до годов, предшествующих началу Второй мировой войны, когда правнуки Нила тайком вывезли из Китая самую важную часть архива.
К сожалению, на деле оказалось, что за десять лет усердного труда автору удалось охватить период лишь в четыре года — с 1838-го по 1841-й.
С учетом того, что последующие события растянулись почти на столетие, автор вынужден признать: за оставшиеся ему годы он вряд ли справится с задачей представить уцелевший архив в полном объеме. Но поведать о том поспешно, нарушая череду событий, было бы предательством замысла, и потому уж лучше пусть все это останется навеки нерассказанным, нежели будет рассказано в этакой манере.
Что до нынешнего сочинения, достаточно сказать, что после побега Нила на «Ибисе» в июне 1841 года война в Китае тянулась еще год с лишним.
Все это время Нил внимательно следил за перемещениями значительно усиленного английского экспедиционного корпуса, который направился к Пекину, а также атаковал Сямынь, Чжоушань, Нинбо и Шанхай, результатом чего стали ужасные разрушения и неисчислимые человеческие жертвы, вынудившие императора Даогуана уполномочить своих наместников на принятие требований захватчиков.
