Но вот август перетек в сентябрь, и появились зловещие слухи о повальных хворях — дескать, тяжелобольных переправляют с Чусана в Макао, размещая их в особняке Мизерикордии, оборудованном под госпиталь.
Однажды прошел слух, что заболевшие сипаи из первой роты добровольческого бенгальского батальона эвакуированы с острова и сейчас изнывают в Макао. Кесри справился у капитана Ми, верна ли новость, и тот не только ее подтвердил, но разрешил группе унтер-офицеров навестить больных собратьев.
Хоть предстояла далеко не увеселительная прогулка, сипаи, еще не видевшие Макао, обрадовались возможности познакомиться с городом. И он их ничуть не разочаровал, произведя огромное впечатление на всех, и Кесри особенно. Группа высадилась на берег неподалеку от церкви богини моря А-Ма, и хавильдар не устоял перед искушением заглянуть в храм. К его изумлению, там многое было знакомо: благовония, божества, священные дерева и резные истуканы, стерегущие вход. Он, конечно, знал, что немало китайцев исповедуют буддизм, но даже не подозревал о подобном сходстве двух разных вер.
Отыскивая Мизерикордию, сипаи блуждали по извилистым городским улочкам, однако всегда находился тот, у кого они могли спросить дорогу на английском или хиндустани, — повсюду были гоанцы: лавочники, патрульные, сторожа. Взвод гоанских сипаев даже пригласил осмотреть их казарму и одарил фруктами.
Мизерикордия занимала серое мрачное здание, полное людей, не обративших никакого внимания на группу приезжих.
К счастью, Кесри углядел Розу, помнившую его по «Лани», и та провела унтер-офицеров в торец здания, где в тесной темной палате лежали больные сипаи.
Они-то и рассказали, что захват острова Чусан прошел, как предполагал Кесри, относительно легко, но вот потом началось черт-те что. Разразились эпидемии горячки и других недугов, уйма солдат пала жертвой неудержимого дизентерийного поноса. В полевом лазарете санитары, пробираясь меж вплотную постеленных циновок, то и дело наступали на какого-нибудь недужного при смерти.
"
"Всему виной, сказали хворые сипаи, безграмотность высшего командования. Место под лагерь было выбрано без учета тамошнего рельефа, изобилующего заболоченными низинами, из-за чего солдаты дышали ядовитыми испарениями и мокли в палатках, в прилив заливаемых водой. Один взвод хотел обустроиться на холме, но там его вдруг накрыло жуткой вонью.
