Дабы власть в Пекине отчетливо понимала, чем вызваны эти действия, вожаки экспедиции попытаются передать императору меморандум лорда Палмерстона, в котором подробно изложены британские недовольства и требования.
После захвата Чусана восточное побережье Китая окажется во власти экспедиционного корпуса. Остров станет военной базой, а британская эскадра, курсируя вдоль всего побережья и составив планы и карты местности, будет угрожать важным портам, дабы у пекинских владык не осталось сомнений в их уязвимости.
Близость Чусана к китайской столице не позволит мандаринам утаить весть о захвате острова, и вскоре император осознает, что у него нет иного выбора, как уступить требованиям Британии возобновить с ней торговлю и возместить ее прошлые потери.
Поскольку восстановление опийной торговли — одна из главных целей экспедиции, к эскадре присоединятся суда, груженные опием. Военные корабли обеспечат английским купцам заход в любые порты по их усмотрению.
Приверженцы свободной торговли могут праздновать победу, ибо военный план сверстан по трафарету Уильяма Джардина. Для них откроется возможность сколачивать состояния, продавая опий на прежде недоступных им рынках. Ожидается, что спрос на зелье в центральных районах страны уподобится Желтой реке в половодье и цены взлетят на неслыханную высоту.
— Мы прибыли в самое время, — сказал мистер Дафти. — Через два дня часть кораблей двинет на север, и капитан Чиллингворт, конечно, постарается быть в их числе.
Как только бросим якорь, опий мистера Бернэма надобно перегрузить на «Ибис».
Проснувшись утром, пассажиры «Лани» узрели неземную картину: из морской глади, которая еще вчера была темно-синей, а нынче переливалась всеми оттенками бирюзового, вздымались сотни скалистых островков, похожих на зубы дракона. В массе своей пепельно-серые, эти каменистые клочки суши были увенчаны зубчатыми грядами, а кое-какие похвалялись еще и отвесными утесами, в которые вцепились причудливо искривленные карликовые деревья.
То и дело из укрытия того или иного острова появлялось какое-нибудь судно невероятного облика: высокобортная рыбацкая лодка, джонка с плетеными парусами или, точно привет из прошлых веков, лорча, похожая на галеон.
Удивительное зрелище словно заворожило обитателей подпорченной бурей «Лани», и только крик сигнальщика Кинара агил хай разрушил чары.
