Днями я получил ответ, теперь могу вас обрадовать: нашелся замечательный дом в центре города.
— Правда? А кто он, ваш друг?
— Фамилия его Чиннери, прозвище Дрозд.
— Он обитает в Макао?
— До недавнего времени жил там, но сейчас перебрался на Гонконг, где помогает знакомым натуралистам в устройстве питомника.
Вскоре «Лань» продолжила свой путь. Ширин и Задиг частенько прогуливались вдвоем, и однажды часовщик сказал:
— Знаете, биби-джи, вот на подобных прогулках по палубе «Каффнеллса» мы и подружились с вашим покойным мужем.
Бахрам-бхай обожал такие променады.
Ширин услышала о том впервые. Казалось несправедливым, что Задиг столько всего знает о ее муже и семье, а вот о нем-то ей почти ничего не известно.
— Расскажите о Коломбо, — попросила Ширин. — Там живут ваши дети?
Шагая рядом, Задиг заложил руки за спину.
— Да, сын и дочь, они уже взрослые и подарили мне внуков, это и есть вся моя семья.
Они подошли к правому борту и, опершись на поручни, посмотрели вдаль. Задиг смущенно прокашлялся.
— Вообще-то я сказал неправду.
В Египте, на моей родине, у меня есть другая семья и другие дети.
Ширин подумала, что ослышалась.
— Другая семья? Что-то я не пойму. То есть вы женаты не первым браком?
— Да… но все не так просто.
— Поясните?
— Вот как оно было. Совсем юнцом меня оженили на моей кузине. Брак этот устроили наши родные, исходя из деловой выгоды. Толку не вышло, хотя у нас родились два сына и дочь. Ремесло мое требовало постоянных разъездов, и однажды я оказался в Коломбо, где встретил Хильду, вдову-католичку.
Я зачастил на Цейлон, и там на свет появился мой сын.
Ширин ахнула и зажала ладонью рот.
— Значит, эта женщина из Коломбо не была вашей женой?
— Она была моей невенчанной женой, биби-джи. И со временем стала той, кого я считал своей настоящей супругой.
— А что стало с вашей законной женой? Вы ее… бросили?
— Нет, ничего подобного! — вскинулся Задиг. — В Каире у нас полно родственников, мы жили в семейном особняке — ну вот как вы в Бомбее. Жена моя не брошена, почти всю свою собственность я перевел на нее и детей.
Она хорошо обеспечена.
Ширин почувствовала, как у нее запылали уши."
"— Значит, вы, покинув жену и детей, стали жить с… — Она не смогла произнести слово «любовница».
— Дети от Хильды тоже мои, биби-джи. Пусть незаконные, но это не означает, что они нуждались во мне меньше. В Коломбо не имелось никаких родичей, кто мог бы о них позаботиться. Разумеется, я был не вправе бросить их на произвол судьбы.
