На яхте была оборудована вертолётная площадка, туда и направлялся вылетевший за нами из Амстердама вертолёт, арендованный через подставные лица бароном Мурашовым — хорошим другом и верным соратником князя Волконского. Именно барон Мурашов, находившийся в Европе, совместно с людьми Эммануэля, занимался подготовкой нашего с Лизой тайного путешествия из закрытой Франции в Москву.
В дверь каюты постучали, и мы с Лизой услышали сильный голос маркиза де Садо:
— Мои хорошие! Ваша птичка прилетела! Заканчиваете свои любовные дела! Но сильно не торопитесь, на моём судне найдётся чем скрасить ожидание гостей.
Мы с Лизой переглянулись.
— Пожалуй, поторопиться нужно, — быстро произнесла она, вскочив из-за стола. — Барон Мурашов, конечно, человек исполнительный…
Она многозначительно замолчала и покачала головой.
— Ну да, — продолжили за неё, — если решит по старой русской традиции уважить хозяина — глядишь, в ближайшую неделю мы отсюда не вылетим.
Не прошло и десяти минут, как мы поднялись на вертолётную площадку.
Я сразу приметил шесть новых лиц, славянской наружности. Среди них выделялся чуть полноватый добродушный мужчина с добрыми глазами и пышными усами. Он что-то весело обсуждал с маркизом. Оба они то и дело поглядывали на двух улыбчивых пышногрудых блондинок, которые топлес отдыхали на шезлонге возле бассейна. Девушки зазывно помахали своими коктейлями, приглашая барона и маркиза присоединиться.
— Что, тоже хотел бы остаться с ними? — буркнула Лиза, толкнув меня в бок.
— А? — удивился я, повернувшись к ней.
— Пф! — выдала она, надув щёки. — Я всё Кристине расскажу."
"«Эх… что за странная женская логика», — подумалось мне.
«И вовсе не странная, оппа, — назидательно проговорила Фая. — Самка номер один просто ревнует, что ты пялишься на других совершенно левых самок».
«Соглашусь со старухой, мой любимый оппа, — поддакнула Ольга. — Твоя самка хочет, чтобы ты на неё пялился. Но сделать ничего не может: воспитание не позволяет ей демонстрировать свои молочные железы так же откровенно, как местные белобрысые самки».
«Гляди-ка, оппа! Бестолочь, похоже, начала понимать жизнь! Дожили!» — ответила на «Старуху» Фая.
Драконихи начали свою привычную перепалку, и я приглушил им эфир.
Тем временем мы подошли к барону и маркизу.
— Рад приветствовать вас, друзья, — радушно поздоровался усатый мужичок и помахал пухлой ладошкой. — С вашего позволения, побеседуем уже на борту вертолёта. Хорошо?
Он продолжил улыбаться.
