Эммануэль вспыхнул и ожёг моего братца яростным взглядом.
— Тише-тише, дружище! — отпрянул от него Александр. — Я ж без какой задней мысли! Никого не оскорбляю, просто констатирую очевидное. В России вон тоже бардак пока что творится. Мне больно это признавать, но я признаю.
Француз горько вздохнул и покачал головой.
— Да, ты прав, Александр, — изрёк он. — Извини. Причём прав дважды… может быть, если бы не разошли тогда с Арманом и работали бы вместе на пользу Франции, и мой брат сейчас был бы жив, — Эммануэль горько вздохнул и покачал головой.
— А разошлись наши дорожки тогда… Хм… на поверхности кажется, что очень даже по глупой причине. Как говорится: «только женщина может испортить мужскую дружбу». Ему нравилась одна мадмуазель, но я был уверен, что она ему сто процентов не ответит взаимностью. Она интересовалась мной. Ну а я не мог позволить даме скучать. Арман узнал об этом и… огорчился.
— Эх ты, — цокнул Александр и хлопнул Эммануэля по плечу. — Ладно бы ты на ней женился, и вообще она была твоя единственная любовь на всю жизнь.
Но ты ж до сих пор холост. Друга на одноразовую бабу променял?
— О чём ты⁈ — вновь вспылил француз. — Всё было в рамках идеи Цветочного братства, которое мы с Арманом и создали! Но… ему не понравилось. Мы стали меньше общаться, он ушёл из Братства, а та мадемуазель внезапно исчезла. Да я и позабыл о ней сразу. В отличие от Армана.
— Ну-ка-ну-ка, — подобрался я. — Сдается мне, не просто фанатка свободной любви вам досталась?
Эммануэль горько улыбнулся и кивнул.
— Всё верно, Ваше Высочество. Несколько лет спустя Арман прислал мне запись с церемонии государственного награждения с туманного Альбиона. Мадемуазель выглядела иначе… Но всё же в той даме, проставленной к государственной награде в Букингемском дворце, мы оба узнали нашу давнюю знакомую.
— Британцы в своём репертуаре, — сплюнул на жухлую траву Александр. — С помощью простенькой медовой ловушки разрушили союз двух перспективных управленцев в соседней империи. Макс, ты уверен, что после такого стоит пытаться наладить мосты с Бекингемом?
Он уставился на меня серьёзно.
В голове тут же всплыла сцена завершённого полчаса назад экспресс-допроса мадам Помпадур. Эта богатая аристократка, филантроп, меценат и покровительница искусства имеет немалый вес в аристократических кругах Франции. Собирает сплетни на бесчисленных светских раутах, знает многое о многих.
При этом женщин такого же лёгкого нрава как у неё ещё поискать надо.
