Но по прямой всё равно не пройти через заросли и буреломы.
Слева стал обходить. И вскоре понял, что здесь тропа хоженая. Ветки засохли уже надломанные, трава протоптана местами. Так тоннель в терновнике и нашёл, который к забору ведёт. Так, так, так! Похоже, не всем так уж и страшно. Кто — то здесь шастал.
Примерился, и понял, что не пролезу без жертв, одежду изорву и поцарапаюсь. Поэтому к духу обратился:
— Ты можешь что — нибудь сделать?
Вместо ответа под подошвой шевельнулось, и вскоре на моих глазах весь куст на пути истлел и ссыпался.
Ощутив мимолётную слабость, двинулся к забору. Осмотрев его, обнаружил, что две доски свободно болтаются на гвоздях, и их можно отодвинуть. Похоже, некий мародёр здесь и проходил. Затаив дыхание, полез и я!
Миновав забор, вышел к боковине особняка, до которого мне метров тридцать. Сразу наткнулся на старые коряги, следом затянутую лозой беседку с проваленной крышей, которую обошёл. Территория внутри уже более свободная, вот только много сухих листьев и веток.
Задний двор видно, высохшие деревья смотрятся зловеще. Особенно коряги, обрамляющие небольшой бело — мраморный фонтан, будто там гнездо монстра. Туда пока решил не соваться.
Когда подошёл к крыльцу дома и увидел приоткрытую двойную дверь, стало страшновато. Одно утешает, я не один. Несмотря на то, что моя поддержка теперь трясётся под сердцем ещё больше.
Поднялся по мраморным ступеням, оценив монументальность особняка. Похоже, он из добротного кирпича или камня, отделан известью снаружи, внутри деревом.
Приоткрыл дверь и вошёл, затаив дыхание.
Но вскоре встал, как вкопанный в изумлении.
Свет даже из заколоченных окон бьёт достаточный, чтобы рассмотреть на полу пуговицы. А точнее выложенный тоннель из них по холлу прямо до лестницы наверх. И по ней тоже до первого пролёта точно идёт дорожка из пуговиц. Интервал выдержан примерно одинаковый, в цепи между пуговицами не более ладони.
И тут до меня доходит.
Ярослав собирал пуговицы не просто так! Он и был здесь.
— Зачем он так делал? — Шепчу себе под нос, взывая к своему союзнику.
— У меня есть предположение, — слышу от духа трепетное. — Это условие призрака, поселившегося здесь.
— То есть Ярослав мог передвигаться только по этой дорожке из пуговиц, шаг влево, шаг вправо, и расстрел?
— Скорее гнев, негодование. Стрелами призрак не пользуется, только проклятьями.
— А ну это совсем меняет дело, — комментирую с иронией и решаю обследовать дом без всяких ограничений.
