— Какой молодец, — язвлю я.
Галина отодвигает полог мантии, под которой она, как оказалось, экипирована не хило. Обтягивающие штанишки, жакет, пояс по талии и второй наискосок, кинжалы на них всякие, амулеты прикреплены. Ещё и шпагу с собой носит.
Вынула один из кинжалов — сай и подала.
— Держи, чистое серебро.
— Благодарю вас, — принял.
— Это не подарок, — произнесла важно и пошла дальше в сторону единственного хода. Как раз спустились и ученики с видом пришибленным и глазами вытаращенными.
Небольшая арка из кирпича, дальше спуск по ступеням.
И начинаются катакомбы с ходами в несколько сторон.
— В таких мы не были, — комментирует графиня в первом же помещении с развилкой.
— Надо взять план у коменданта, — предлагает пышка, у которой по шее идут мурашки от страха.
— Нет времени, — обрезает графиня жёстко и ищет следы на кирпичном полу. А там столько песка да земли, что и не разглядеть ничего.
Ищут остинки соломы в надежде, что с вампира они сыпались на протяжении какой — то части пути. На первой развилке нашли и полезли дальше.
На новой развилке — увы, нет.
Но пыль незримую почуял уже я своей древесной магией и повёл, достав огниво. Минут двадцать мы плутали по лабиринтам из кирпичных стен, свай и каменных плит с заметной осторожностью, ибо в любой момент упырь мог выскочить! По дороге нашли собачьи кости.
Монгол взвизгнул от пробежавшей мимо жирной крысы и чуть не выхватил от графини посохом по лбу.
— Почему так воняет, — каждые две минуты жаловалась пышка на плесневый запах и шарахалась от шматков паутины.
"
"— Не спешите так, — выл носатый, постоянно спотыкаясь на ровном месте и шаркая своим тоненьким посохом.
Только я не говорил ни слова, осязая поднимающиеся с земли частицы остинок, которые тревожили мы. По ним вырисовывался мой воображаемый путь.
Дошли до спуска с лестницей уже из выложенных неровных камней. Снизу доносится шум воды и хреначит уже добротная вонь.
— Почему так воняет, почему, — передразнил носатый девушку.
— Канализация, — взвыла ученица, не обращая на него внимания.
— Можешь возвращаться, Мария, — усмехнулась графиня.
— Я заблужусь, — ещё больше заканючила.
Первым пошёл я, спустился в помещение с низким потолком метра под полтора, что пришлось пригибаться. Дальше канава, по которой и течёт тонкой струйкой дерьмо. И какое счастье, что мы по ней не движемся дальше. Пыль от сухого сена, которая осела на сочащихся от влаги стенах ведёт в похожую комнату напротив, где ход уводит вниз.
Перепрыгиваю.
