Обещали золотые горы, только на деле выходило иначе: негры, как называли молодых, добросовестно висели на телефонах, звонили, подбирали, бегали по разным БТИ-опекунским советам. Однако сами сделки всегда волшебным образом за них проводили старшие товарищи. Потому что, говорили, необстрелянным доверия нет — то чистоту квартиры до конца не проверят, то авантюриста с фальшивыми документами о собственности вычислить не сумеют…
А Ира, еще только начиная, поклялась себе, что подобного она не допустит. Ее сделка — только ее.
Никому не отдаст, хоть застрелите. В любого потенциального покупателя, а ей, молодой, их перепадало совсем немного, она вцеплялась буквально зубами. Вместо ленивого: «И чё вы хотите взять за такие деньги?» добросовестно выспрашивала все предпочтения — вплоть до вида из окна и удаленности от ближайшего детского садика. А потом, пусть глаза от недосыпа и вытекают, поднимала на уши все столичные базы данных. Не полагаясь на аттестации продавцов, лично ездила по всем объектам. Смотрела и на подъезды, и на соседей, и есть ли где во дворе машину поставить.
"
"Девяносто девять из ста таких просмотров заканчивались пшиком — сплошное разорение на транспортных расходах плюс дикая усталость. Но иногда ее рвение вознаграждалось. Ей удавалось найти именно ту квартиру, о какой покупатель и мечтал. И добиться, чтоб тот заявил начальству: пусть, мол, эта девочка, Ишутина, ведет мою сделку до конца. И тогда следовал еще один виток дикой нервотрепки, плюньте в глаза тому, кто уверяет, что проверить чистоту квартиры и зарегистрировать договор купли-продажи — это просто.
Зато и бонус немалый: в те времена риелтору, извините, до семи процентов от суммы сделки платили. Плюс нарабатывалась репутация с каждым успешным делом. Ну и опыт, конечно, приобретался, и связи в рядах чиновниц — для них Ирина никогда не жалела ни дорогущих конфет, ни конвертиков с баксами — и, что важнее, среди серьезных людей. К этим тоже, Ишутина быстро поняла, подход не так уж и сложен. Просто никогда ни о чем не клянчи, по крайней мере, в открытую, и всегда головой преданно кивай, когда они тебя жизни учить берутся.
А главное, что к квартирному бизнесу у нее оказался талант — самой Ирине, правда, больше нравилось слово «чутье». Вот чувствовала она, и все, без всяких дополнительных проверок-документов, хорошая квартира или «с душком». И в заказчиках безошибочно разбиралась, что они за люди. К ней даже очень быстро другие риелторы стали своих клиентов водить, типа на тестирование.
