— Сказала, что с Вольгой идет попрощаться…
— И ты ее отпустил? — Милорада в изумлении двинулась на Велема, так что он попятился.
— Нет! — крикнул он. — Не пускал я ее! Она сказала, что попрощается и вернется! Я с ней пошел, чтобы мало ли…
— Ну?
— Видел ее с Вольгой за воротами. Вольгу видел…
— И ты, дубина сучковатая, смолчал? — Мать всплеснула руками, прямо-таки растерявшись от этакой тупости. — Вольга!
— Да я и шагу сделать не успел! — закричал Велем, вдруг вспомнив, чем все кончилось. — Огрели меня по голове, я и не видел кто! То-то у меня шишка на затылке чуть не с кулак, а я подумал, что спьяну грохнулся! Вот!
— Она сбежала! — Милорада скривилась от досады, прикусив губу, и огляделась, будто прямо тут же, в повалуше, искала средство, чтобы поправить дело.
— Нет! Не могла она! Она мне клялась, что вернется! Она не хотела! Если ее увезли, то Вольга увез, а Дивляна не хотела! Ну, Вольга, да я тебе, песий хрен, лишнее-то поотрываю! — Велем стиснул кулаки и зарычал от ярости и досады на собственную глупость.
Не зря он так не хотел пускать Дивляну на это свидание. Пожалел сестру, дурень! Он верил, что она не могла сбежать и опозорить род, и не сомневался, что Вольга увез ее силой. Знать бы, он бы сам вышел вместо нее и свернул шею этому…
Милорада уже хотела было послать всю челядь на поиски Дивляны, но вдруг передумала и махнула рукой на Молчану с дочерью:
— А ну молчите обе! И ты не ори! Говорили кому?
— Никому, — сквозь плач произнесла Тепляна. — Только тебе…
— И чтоб молчали обе, как налим под корягой!
— Но как же…
— Где отец? — перебила их Милорада.
— Внизу вроде был…
— Велем, пошли! И молчи, чтоб никто не знал. А вы обе тут сидите и вниз ни ногой!
— Но она не могла…
— Потом разберемся, могла или не могла, а чтоб никто не знал! Иначе мы пропали!
Оставив Велема пока в сенях, хозяйка вошла в истобку с самым невозмутимым видом. Здесь уже сидели поляне во главе со своим веселым воеводой, разряженным, будто жених.
— Ну, как там наша невеста? — поприветствовав ее, осведомился Домагость.
— Готова? Сваты ей подарки принесли, не хочет посмотреть?
— Еще как хочет! — весело отозвалась Милорада. — Никак платье не выберет! Одно нехорошо, другое надоело! Как ведь оно бывает! — И она так тепло улыбнулась киевлянам, что те тоже заулыбались и закивали: конечно, невеста волнуется!
— Сейчас придет! — успокоила всех хозяйка. — Пойду потороплю ее!
Она снова вернулась наверх, где еще сидели Молчана с дочерью, и устремилась к ларю.
