Да чего только ни купишь! От Киева туда прямая дорога. Будем сами, без варягов, туда куниц и меды возить, на серебро и шелка менять. Разбогатеем, город построим, как в Любше был, чтобы никакие находники нам не страшны были. Понимаешь, сколько всего от тебя зависит? Да и тебе хорошо — княгиней станешь. Князь — это ведь тебе не банная затычка, жених знатный! Род твой того достоин, ждут тебя почет и уважение. Вон, мать нагадала, что пойдет от тебя могучий род и многие земли ему будут подвластны.
Дивляна молчала и почти не слушала, что он говорит, до ее сознания ничего из его слов не доходило.
Она понимала только одно: отец даже не упоминает о Вольге, не берет его в расчет, будто никакого плесковского княжича век здесь не бывало… Да и почему он должен с ним считаться? Она будто шла по льду, а потом лед вдруг растаял под ногами — и она рухнула в воду. Ведь что ее связывает с Вольгой в глазах старших? Да ничего! Круги водили на Купалу, экое дело большое! Где сваты, вено, сговор, подарки, ряд между родами? Ничего не было! Она намечтала себе невесть что… а отцу не до ее мечтаний, у него свой расчет.
Он уговаривает ее выйти за Аскольда, будто ничего не знает о ее желаниях, и дает понять, что ничего другого как бы и нет. Но даже если бы и не Вольга, с тем же успехом отец мог уговаривать ее ехать на Тот Свет, чтобы там стать женой Кощея. Неведомая полянская земля в представлении Дивляны была ничуть не более близкой и понятной, чем Кощное.
Вот так же, наверное, ее предки-любошичи уговаривали невест Волхова. Пойди, дескать, в омут, а не то прогневается Волхов-батюшка, рыбы не даст, лодьи потопит… И ведь шли! Но Дивляна не хотела. Благословения старшего рода нет на ней, оно все досталось Яромиле. А она, Дивляна, обычная простая девушка, ей не по плечу честь жертвовать собой, и потому она заслуживает простого человеческого счастья!
— Ну, пойдем вниз. — Домагость встал. — Собрались уже, чай."
"К ней поднялась Милорада и повела вниз.
Обручение назначили на завтра, чтобы успеть собрать как можно больше старейшины из окрестностей — из Вал-города, Дубовика, Вельсов, — но сегодня приехавшим показывали невесту, чтобы они могли убедиться, что получат настоящий «товар». Что там говорилось, Дивляна почти не слышала. Что до самих полян, то Белотур от замены не выказал никакого неудовольствия и Дивляне улыбался так же радостно и приветливо, как прежде Яромиле.
