Оказывается, сытой это делать гораздо проще, а новая фотография Ксюши, с улыбкой сидящей на моих руках, вставленная в рамку, придавала сил и желания восстановиться и влиться в рабочий процесс быстрее. Лучше забить голову делами, чем снова думать о том, что Паша даже не звонит…
На развод я подала, но всё равно не мешало бы нам с ним объясниться. Ощущение недосказанности кололо изнутри, а уж то, что он, получается, бросил меня молча и по-английски после шести лет брака, вообще выглядело дикостью какой-то. Неужели он не найдёт сил по-мужски со мной расстаться? Сколько я терпела его закидоны, прощала и закрывала глаза на многое — семья ведь! А для него, выходит, всё это и гроша ломаного не стоит? А наша дочь? Ладно я — со мной всё ясно, я ему явно не нужна больше, раз он даже позвонить не может, а когда я набираю его номер сама, то натыкаюсь на голос равнодушного робота, неизменно сообщающего мне, что абонент для меня недоступен… Но Ксюша? Он бросил и ребёнка?
Это всё настолько странно, что просто не укладывалось в моём мозгу и никак не вязалось с образом Паши.
Да, он предал меня, возможно, бросил, но он никогда раньше не прятал так голову в песок и не отворачивался от родной дочери. Может быть, с ним действительно что-то случилось?
— Чёрт, — сказала я и нажала отбой на телефоне после очередной попытки дозвониться.
— Звонишь ему опять? — услышала я за спиной и обернулась.
— Господи, — приложила я руку к груди. — Напугал меня!
— Извини, — пожал плечами Алекс. — Ты так задумалась, что даже не слышала, как я вошёл.
— Почему он не выходит на связь? — спросила я.
— Ты считаешь, я могу знать ответ на этот вопрос? — изогнул одну бровь мужчина. — Без понятия. Наверное, не хочет.
— С ним что-то точно случилось, — уверенно сказала я, убирая бесполезный телефон в сумочку.
— А ты всё переживаешь за него, — отметил Алекс.
Я подняла голову и встретилась с его тёмными глазами. В них было сожаление, ревность, даже обида какая-то… Но я не могу ему помочь. Да, переживаю. Мы никогда не станем чужими с Пашей — нас навсегда связывает дочь, хочется этого Северову или нет.
— Скажи, а… — обратилась я к нему, не отводя взгляда. — Ты непричастен к тому, что Паша… пропал вдруг?
По лицу Алекса пробежала еле заметная тень."
"— С ума сошла, Тай? — поднял он брови вверх. — Я в криминал не полезу. Да и Паше не нужна помощь в этом вопросе — он сам себя уже закопал основательно. Прячется где-то… Я так думаю.
Я продолжала задумчиво смотреть на него.
