И я была влюблена, а любовь прощает многое, если не все. Первый год, и даже немного дольше, во время приступов бешенства он бил стены и крушил мебель. Меня унижал и “избивал” только морально, но это ничуть не меньшую доставляет боль, нежели физическое избиение.
Наверняка, рассказывать такое тяжело, но и мне слушать было не легче. Знала, что в мире существуют мудаки способные ударить слабого, но это было так далеко, что меня не касалось, а тут близко. Сидит рядышком, избитая, запуганная женщина с мешками под глазами, кажется, она давно не ела.
Истощена. Я присмотрелась к ней. Мария действительно выглядит так, будто давно и серьезно болеет. Чуть позже обязательно подробнее расспрошу ее о самочувствии. Во мне проснулся врачебный инстинкт и желание оказать помощь в том, в чем я могу это сделать.
- Первый раз он ударил меня во время секса, когда я отказалась делать глубокий минет. Я такое никогда не делала, а тут он настойчиво заставляет. Я задыхаюсь, едва сдерживаю рвотный рефлекс, а он все сует и сует.
Слезы, сопли, все смешалось и неожиданно я почувствовала отвращение к тому, кто меня принуждает. Он и ранее бывал груб, любил обозвать неприятными словами во время секса, но ему нравилось, и я старалась пропускать такое мимо ушей. А тут все уродливые, противоестественные мне моменты навалились скопом и меня вырвало. Павел мгновенно пришел в бешенство, избил меня сильно. Спихнул с кровати и пинал ногами. Заставил все скорее убирать. А я подняться не могла, все тело болело, но этот псих, видя мое состояние, сказал, что снова отпинает меня, если за двадцать минут не уберу тут все и не проветрю.
И ушел, захлопнув дверь. Позже муж долго и гневно убеждал меня, что это я сама виновата в том, что он избил меня.
Мария смотрела на нас притихших сухими, печальными глазами. Светлана обнимала ее, а потом и вовсе положила голову Маши себе на колени и стала перебирать кудрявые пряди русых волос, распустив косу.
- Тогда я думала о том, что уйду, немедленно, но посмотрела на себя в зеркало и мне стало стыдно.
Стыдно признаться хоть кому-то в том, что меня побил собственный муж. Ведь каждый скажет его словами: “Сама виновата, спровоцировала”. Моя мама его боготворила. Она бы встала на его сторону, как и много раз до этого рокового момента. Конечно, Павел высокий, всегда хорошо одет, вежлив, в гости без цветов не приходит, а мне только три раза подарил и то на праздники. И куда я такая пойду? Решила, заживет все и подам на развод.
