И при этом держать информацию в тайне от гостей, конкуренты и недруги - сам понимаешь.
Вадим - оборотень, он поймет меня. Зато теперь девочка под особым наблюдением. Наблюдаю, как парень стараясь не смотреть на мою пару вручает ей очки, что-то бурчит и уходит. Жаль услышать нет возможности. Звук у камер отключен, так как обычно в залах такой гвалт, смех и музыка, что отдельные разговоры услышать почти невозможно.
- Реально тебя колбасит, брат. Сочувствую. Ладно, ухаживай за своей Соней, буду тебя страховать по мере сил и возьму на себя делегации прибывающих.
Тут я вспоминаю, где я, и кто я. Что должен встретить гостей, проследить за расселением наших друзей и компаньонов. После обеда еще часть гостей прибывает, они займут оставшиеся домики в зеленой зоне. Останется только наш с Валом дом и еще один в запасе. Номеров тоже почти не осталось. Но ведь реально работать сейчас не смогу, только одно желание застилает, обволакивает и пронизывает мозг: вдохнуть ее запах, взять ее.
Крепко обнимаю брата, ближе которого нет никого на свете. Мы никогда надолго не расставались, между нами какая-то особая связь. Мы родились у мамы сильно недоношенными, говорят едва спасли. Неделю лежали в реанимационном боксе. Это нонсенс для оборотней. То есть мы действительно были не жильцы. Сначала нас держали отдельно, но когда почти перестали дышать, к нам впустили мать, у оборотней это допустимо, в отличие от человеческих больниц. Она взяла нас обоих на руки. Мы были такими крохами, что держать двоих одновременно было несложно.
Мама рассказывала, что мы сразу протянули друг к другу тоненькие ручонки с крохотными растопыренными пальчиками. А как вцепились друг в дружку, так было не расцепить, мама и не стала. Она положила нас вдвоем в один бокс и еще долго сидела рядом. А пришедшая доктор, которая несколько часов назад, сказала матери, что надежды нет, нам осталось буквально несколько часов, очень удивилась тому, что нам стало гораздо лучше, настолько, что можно выписывать из реанимации.
Мы даже ухитрились за пару часов набрать немного веса. С тех пор нас не разлучали. А мы до сих пор стремимся быть ближе друг к другу. Так спокойнее. Но теперь, когда у меня появилась пара… Нет, это мы обдумаем и обговорим позднее.
- Спасибо, я сейчас действительно не способен ни на чем концентрироваться. Понимаю, что веду себя странно, но поделать с собой ничего не могу.
Снова глянул на экраны.
