Долго уговаривал, предлагал даже разные одеяла. Но я тогда точно бы не уснула, все время бы думала, что рядом лежит мужчина, которому нужно дышать мной. Блин, да я от этих мыслей вспотею и буду уже благоухать весьма специфически. Так что не пустила едва знакомого дракона в свою девичью, совершенно невинную постельку. Нечего всяким извращенцам ее метить.
И тут случилось это. Оборотень притянул меня ближе, одной рукой зарылся в волосы на затылке, а губами поймал мой выдох. Он поцеловал. А когда чуть отойдя от ступора, я начала отталкивать его, он нежно провел пальцами по щеке:
- Тише, принцесса, только один поцелуй, ничего больше.
Хочу, чтобы тебе было хорошо со мной.
И он снова поцеловал, только теперь держал меня так, что ни оттолкнуть, ни просто брыкаться я не могла, а вскоре и не захотела. Его огонь захватил меня. Жар, вкус, нежность, все так переплелось в ощущениях, что я расслабилась в его руках, слабо и неумело отвечая.
Он оторвался от моих губ, заглядывая в мои ошалелые глаза, провел руками по спине, уронив простыню и тут же захватил в плен губы, продолжая вызывать мурашки по всему телу, просто поглаживая от лопаток до поясницы и обратно.
Вся моя вселенная сузилась до чувственных прикосновений. Это были губы и язык ласкающие рот и руки гуляющие пока еще не столь бесстыдно, как моя собственная обнаженная грудь приникшая его горячему торсу. От тонких и явственных, покалывающих словно иголочки, и недвусмысленно будоражащих мое сознание и еще больше тело, чувств, я чуть не застонала. Хотелось убежать, спрятаться или, наоборот, начать тереться об него, прося большего.
Только я застыла, боясь принять себя и позволить. Было стыдно и сладко. Оборотень аккуратно, но непреклонно нежно ласкал, предлагая вкусить этот запретный плод вдвоем. Но меня накрыл какой-то ступор. Я принимала ласку, но не могла заставить себя ответить на нее. Как и не могла отпихнуть мужчину, это, казалось, причинит ему боль. А еще я верила, что могу остановить его, если посчитаю, что пора.
Глава 13.
София.
Константин со стоном оторвался от моих губ, которые остро чувствовали его вкус, манящий продолжать.
Но нет, держу его на расстоянии, сама не знаю чего боюсь. Ведь за эти короткие три дня он стал мне будто ближе и в то же время бесконечно далек своей чуждостью. Мне нравится его улыбка, нежность в глазах. И даже жажда его мне нравится. Вздохнула, понимая, что это не нормально. Снова чувствовала где-то внутри мужчины тихое довольное урчание, почти как у кошки, но все же другое.
