– Твоя и… Солы? – растерялась, не зная как реагировать на его слова.
С одной стороны понимала, что пока мы лишь соратники и, возможно, друзья. А с Сольенной его связывали искренние чувства. Но с другой, я уже привыкла слышать эмоции дракона. Наша связь пока странная, но с каждым днём всё чётче осознавала, что не смогу от неё отказаться. Это было выше земной страсти или любви в привычном понимании, но за столь короткий срок Вольгард стал частью моей души, и я чувствовала, что и он пересмотрел своё отношение к татуировкам и нашей парности.
– Пряха говорила о четверых, – пояснил дракон, – ты, я, Сола и Гаррет. Когда наши судьбы вновь переплетутся, королевство Мёртвого тумана падёт и Ангаарх окончательно умрёт, без права на возрождение.
Ответ Вольгарда повис в воздухе, а в мыслях эхом прогремело другое пророчество:
«Когда на расколотом небе вспыхнет созвездие Паука, в мир Догорающего пламени придёт Великая хрустальная душа. Она подарит детям Творца надежду, и вместе с хранителем Живого огня убьёт Чудовище тысячи теней.
..».
Предсказание фэйри шло вразрез со словами Пряхи, и я понятия не имела, кому верить…
– Знаю, о чём ты думаешь, – продолжил дракон, – я и сам не раз сравнивал это пророчество с видением Иоланты. Скорее всего, королева говорила о временной победе, а Пряхи мыслят глобальнее…
– Оба предсказания – безумие! – вспылила, едва не расплескав кофе. – Не может будущее зависеть от одного мага! Мы вместе едва справляемся, даже наёмников подключили, штаб собираемся расширить! Но тварей целая орда.
Они сильны, коварны, их трудно убить и…
– Речь не об этом. Вспомни переговоры с императором. Именно тебе удалось найти нужные слова и проломить оборону Кортеса.
– Только благодаря тому, что он изначально явился перепуганный, – покачала головой. – Ты хорошо подготовил его…
– В пророчествах речь всегда идёт о магах, способных нанести решающий удар, – прояснил дракон. – К сегодняшней победе мы шли долго и вклад в неё сделали многие, но последний ход был за тобой, и лишь от тебя зависел итог важнейших для всех нас переговоров.
– Сложно… – простонала, залпом допивая кофе. – Как же всё сложно.
Отставив чашку, устало потёрла виски и уставилась на раскинувшийся перед нами живописнейший пейзаж. Вольгард не преувеличивал говоря, что отсюда открывается самый красивый вид."
"Таинственное зеркало сапфировой воды, в котором отражались бескрайние расколотые небеса. Пёстрый шёлк облаков, сплетающихся в жгучем танце с хрустальными трещинами древних порталов.
