– Я не отдам рудники, – отрезала, поддавшись внезапному порыву.
Знала, что тон и слова идут вразрез с советами Тайры, но крылья подсказывали, что сейчас это единственно верная тактика.
– Но согласна пойти на ряд уступок, если вы наделите Вольгарда Вэйри правом самостоятельной вербовки новобранцев из числа горожан и стражников, а ещё позволите привлекать к работе наёмников…
– Мне напомнить, из-за чего пять лет назад погибли все жрицы Забытой? – в глазах дракона вспыхнули опасные огни. Ему не нравился тон, но отступать было поздно.
– Никто не застрахован от предательства и ошибок, – ответила, напоминая императору о его собственном промахе с Советом. – Но если будем сражаться друг с другом вместо того, чтобы дать отпор тварям, в конце концов станем их жертвами.
– Империя не готова к войне, но ситуация и впрямь сложная, – в глазах императора вспыхнуло едва уловимое… уважение?
Крылья не подвели и помогли найти нужные слова, хотя руки всё равно чесались от желания плеснуть дракону кофе в лицо и стукнуть джезвой по чешуйчатой башке.
Но… нельзя! На языке дипломатии - это будет полнейшим провалом.
– Я готов предоставить командиру Вэйри расширенные полномочия и позволю создать штаб Хранителей, – продолжил Кортес, – он будет сам отбирать и обучать тех, кто решит вступить в их ряды. Но имперская казна не безразмерна!
Дракон многозначительно замолчал, намекая, что расходы по обустройству штаба, обмундированию солдат и выплатам жалования нам придётся взять на себя.
– Ярванские шахты тоже не бездонные, – я не менее многозначительно вскинула брови, – если на мои плечи ляжет обеспечение драконов всем необходимым, прямые поставки золота в столицу придётся сократить или ощутимо поднять цены.
Скрип драконьих клыков стал для меня лучшей наградой, а полный ярости взгляд согрел душу и подкинул дровишек в костёр моего азарта. Как говорится, «Остапа понесло…».
Спорили долго, с огоньком, да так, что от драконьего рычания звенели окна и дрожали стены, а от пламени дважды вспыхнули занавески и диван.
Вольгарда с Тайрой в гостиную не пустили, и пожар тушили сами, едва не дойдя до рукопашной.
Сражались за каждый золотой, но как говорила моя подруга бухгалтер своему начальнику, а впоследствии супругу: «никогда не спорьте с женщиной, которая крепко держит вас за все активы!».
Рудники и Мёртвое пламя были моими козырями, и я била ими не стесняясь, а император огрызался с таким пылом, будто именно этого ему в жизни и не хватало.
