– Ты перетянула большую часть Силы и спутала ей все карты, но к этому вернёмся позже, – он перевёл взгляд на Вольгарда и продолжил уже вслух, – я знаю, что вы собираетесь использовать подземный город как лагерь для уцелевших Первых.
– Вы… против? – в голосе Тайры проскользнула неподдельная тревога.
– Нет, это отличная идея, но должен предупредить, что Пламя пока не вошло в полную силу, – пояснил феникс, – я помогу леди Альене как можно скорее наполнить его магией, но ближайшую неделю Первым лучше оставаться на прежних местах.
– Благодарю за ценную информацию, – ответил Вольгард, – мы обязательно всё учтём, но если не возражаете, я бы хотел заранее начать подготовку к переезду. Подземный город столетиями был необитаем и сейчас малопригоден для жизни.
Об этом нюансе я совершенно забыла, хотя Тайра упоминала, что наги и гномы покинули его больше пятисот лет назад. Это ведь уже не город, а пыльные руины!
– Всё не настолько плохо, – в мысли вновь ворвался голос Гаррета, – Вэлианту строили с помощью магии Забытой, поэтому город сам будет возрождаться вместе с храмом.
Но не сразу, для этого потребуется много магии…
– Которой у нас нет, – закончила за него.
– Добрые дела ещё никто не отменял, – напомнил феникс, – они помогут ещё больше ослабить Скарлет и наполнить Сердце храма Силой.
ГЛАВА 18.1
– Выходит, мне ни на миг нельзя расслабляться? – тоскливо вздохнула. – А если тёмный близнец успеет совершить что-нибудь плохое, Храм снова превратится в руины? И есть ли какая-то градация хороших дел? За что начисляется больше магии или…
– Альена, это работает не так, – мягко перебил меня Гаррет, – будет лучше, если сама всё увидишь, – добавил и вновь перевёл взгляд на Вольгарда, – владыка Вэйри, вы можете посещать подземный город в любое время, но для начала предлагаю спуститься туда всем вместе.
Не дожидаясь ответа, феникс обошёл арку и свернул в молельню. Её убранство резко отличалось от остального храма. Вместо аскетичной красоты, сотканной из ослепительной белизны и холодного мерцания мрамора, нас встретило чарующее кружево из полированной бирюзы и малахита, украшающих стены молельни словно зачарованная чешуя.
Вглядевшись в причудливые переплетения самоцветов, увидела с десяток «бегущих» по камням изящных ящерок. Они были выложены из тёмного нефрита и казались живыми. Ещё две красавицы, но уже в форме статуэток из огненного янтаря, охраняли резной алтарь из малахита.
