На удивление, получилось с первого раза, и едва знак охватило серебристое сияние, на меня обрушилась чужая боль, а в ушах зазвенело от пронзительных криков плакальщиц, зазывающих души магов в смертельную ловушку.
– На тебе призраки Лабиринта, – Гаррет начертил ещё одну руну, и туман вокруг плота неожиданно рассеялся, позволяя рассмотреть окружающую нас пещеру и две громадные арки.
Внутри той, что была ближе ко мне, увидела ту самую паутину из осколков, которую в самом начале показывал феникс, а сквозь вторую арку просматривались очертания величественного храма и проплывающие мимо… русалки?!
– Это сирены, – бегло пояснил феникс, едва в арке вновь промелькнул дивный призрак с молочной кожей и серебряными волосами.
Хвоста не видела, но белое, похожее на свадебное платье девы заканчивалось рваными лохмотьями, отдалённо напоминающими щупальца осьминога. – Они помогут нам.
Словно почувствовав, что речь о ней, сирена помахала мне рукой и тут же скрылась за обломками затонувшего корабля.
– Пора! – скомандовал Гаррет, оплетая вторую арку магическим щитом, и в этот же миг рыдания плакальщиц стали ещё громче.
Вначале приняла их за пронзительные крики, теперь же смогла разобрать отдельные слова. Язык был мне не знаком, поэтому призывам плакальщиц не вняла, но местные души наверняка понимали их. Если сейчас исполню земную песню, у врагов будет преимущество. Заблудившийся интуитивно среагирует на что-то привычное.
Местных песен выучить не успела, но точно помнила, что во время вынужденного «концерта» в казематах сирены отвечали мне без слов, играя голосом и переплетая своё пение с плеском волн и раскатами грома.
Пожалуй, последую их примеру!
– Помогите, молю! – мысленно прошептала, обратившись к крыльям. Ответом мне стал нежнейший перезвон. Его и взяла за первые аккорды, продлив звучание собственным голосом.
ГЛАВА 17.6
Вначале едва слышно и всего на миг, мягко скользнув по хрустальным переливам, как по льду. Затем уверенней и громче, словно приглашая магию спеть вместе со мной и бросая вызов надрывному визжанию плакальщиц.
Нежность и шёлк, плеск зачарованных волн против ненависти и лжи, завёрнутой в бархат ядовитых обещаний. Голоса проклятых духов звучали всё громче, отвечая на мой зов, сливаясь с ним и пытаясь переиграть, а ярость Скарлет с каждой секундой становилась всё осязаемей. Тёмный близнец не знал, кто выступил против него и бросил в бой всех приспешников.
