Это несказанно радовало, мне нравилось помогать фейри и это не осталось незамеченным.
Когда дракон провожал меня в комнату, заметила в его взгляде явное потепление, и хоть до любви нам было как пешком до расколотого неба, радовалась и этому. В конце концов, надо же с чего-то начинать?
– Вольгард, – тихонько позвала, – а ты помнишь, через какой портал пришли вы?
Дракон кивком указал на самую большую трещину, расположившуюся вдали от остальных и совершенно непохожую на сеть Ярванских расколов.
– Это Драконий путь, он давно зарубцевался и вернуться этой тропой в мой родной мир уже невозможно.
Слова Вольгарда совершенно не вязались с россказнями Сойран. Паучиха постоянно талдычила, что контракт дракона подходит к концу и он собирается покинуть Сольвингард вместе с остальными наёмниками.
– Но… другие варианты есть? – уточнила.
– Дорога мёртвых, Тропы Паутины и Лабиринт Изнанки, – скривился дракон, – все они безумно опасны. Совет перестраховался, наглухо запечатав единственный удобный для нас вариант портала, только не учёл, что если мы действительно решим уходить, то пробьёмся даже сквозь орду чудовищ.
Нам не впервой покидать мир с боем.
Вот оно как… Гаррет упоминал, что старейшины нарушили данное дракону слово, изменив условия контракта по своему усмотрению. И, похоже, закрытие обратного портала было лишь вершиной айсберга.
– Совет призвал нас, когда ситуация с тварями стала уже критической, а лазутчики Повелителя просочились даже в императорский дворец, – голос дракона прозвучал глухо и отстранённо, сейчас он был не со мной и не здесь, с головой погрузившись в омут воспоминаний, – в итоге Ангаарх узнал о готовящемся портале ещё до того, как он открылся и бросил в бой сильнейших из своих монстров.
Они атаковали Орден света и призывающие нас маги чудом успели закончить основную часть плетения и выставили портальные координаты, а дальше нам пришлось самостоятельно пробивать себе путь сквозь полотно межмирья.
Представив эту картину, невольно поёжилась.
Теперь понятно, почему очертания Драконового пути выглядят рваными и неровными, в отличие от ювелирных расколов Ярванского неба, напоминающих скорее фантастические узоры, чем настоящие трещины.
– Мы рвали его словно оголодавшие твари Пустоши, пытаясь успеть на помощь тем, кто призвал нас, – продолжил Вольград, – в итоге ворвались в Сольвингард в обличье огромных драконов, буквально вспоров небеса и до дрожи напугав всю империю.
