Мой дядя часто оказывал короне дорогостоящие услуги щекотливого характера, поэтому с королём был на короткой ноге и позволял себе отпускать в его адрес острые характеристики.
Его величеству Освальду Третьему было тридцать три года. Он был высок, красив, нереально обаятелен и крайне самолюбив.
Как раз на самолюбие дядя и советовал давить, чтобы завоевать расположение.
Я отвесила несколько комплиментов королю, после чего всё пошло сильно не так. Начиная с того, что король пригласил меня на пять танцев подряд. Заканчивая требованием сопроводить его полюбоваться недавно приобретённой коллекцией морских пейзажей.
Я попыталась отговориться, но король сверкнул зелёными глазами, поправил ухоженные светлые волосы, поправил расшитый золотыми нитями камзол. И приказал сопроводить его до галереи.
Дядя куда-то растворился, я не знала, как себя вести и что делать. Но это же король! Поэтому я улыбалась, и позволила его жёсткой руке схватить меня за запястье и увлечь за собой куда-то вглубь дворца по длинным пустым коридорам.
Мы действительно зашли в длинную галерею, на стенах которой были развешаны яркие картины.
Я не знала, что и думать, но король приказал называть его Освальдом, что далось мне с пятой попытки, и принялся настолько ярко рассказывать про все эти пейзажи, что я увлеклась, позабыв обо всём.
О, это было чудесно! Картины были восхитительны! Сочные, алые, изумрудные, лазурные, иссиня-чёрные краски складывали масляные мазки в живые пейзажи, казавшиеся невозможно реальными.
Я будто бродила среди окон, каждое из которых показывало разное время суток и состояние моря, от шторма до штиля.
Конечно, я не могла сдержать восторга. Я хвалила, спрашивала, восхищалась и не сразу поняла, что очередная картина, от которой я не могу отвести взгляд — в просторном зале с теперь уже закрытыми дверьми.
Похолодев, я ощутила на открытых бальным платьем плечах прохладные руки: король подошёл ко мне сзади и обнял за плечи.
Я дёрнулась, попыталась отпрянуть, но сильные руки уверенно меня сдавили, не позволяя сделать и шагу.
— Лия, ты обворожительна, — прошептал король мне на ухо.
Пока я пыталась сообразить, что же делать, король провёл губами по моей шее, прикусил плечо.
Меня настолько парализовало от неожиданности и страха, что не могла двинуться с места.
Тем временем король переключился на застёжки на спине, спустя несколько моих испуганных вдохов платье, а затем и нижняя сорочка упали на пол: я осталась только в трусах, чулках, туфлях и украшениях.
