— Шок от того, что вы осмелились командовать мной и дамой, которая станет моей женой, на какое-то время лишил меня чувств, — заявил Суонтон. — Я не мог поверить своим ушам. Вы, ваша светлость, кажется, забыли, что Глэдис поклянется священной клятвой и любить, и повиноваться своему мужу. Вы хотите заставить ее нарушить священную клятву? Вы хотите, чтобы я тоже ее нарушил? Чтобы я не любил и не уважал ее? Разве эта любовь не требует от меня необходимости уважать ее желание, чтобы я и дальше следовал своему призванию?
Генерал уставился на него.
На его побагровевшем лице отразился благоговейный трепет.
Суонтон только улыбнулся ангельской улыбкой, полной терпения.
— Хотите ли вы этого или нет — неважно. Я сделаю все, что нужно для того, чтобы Глэдис стала моей женой.
Однако лорд Боулсворт сражался и выиграл множество битв, поэтому не собирался сдаваться легко. Он принялся ругаться, спорить и угрожать. Суонтон все стоически переносил, только снова и снова повторял, что намерен сам стать главой своей семьи.
Он бы и дальше проявлял терпение, но Глэдис, которая знала, каким упрямым и настойчивым может быть ее отец, упала в кресло и разразилась рыданиями.
Суонтон посмотрел на нее, потом на ее отца. Стиснул кулаки и сжал зубы.
— Ладно, — сказал он. — Я пытался сражаться честно. Но я не желаю, чтобы Глэдис страдала.
И начал декламировать:
Мы сбежали в далекую и счастливую странуОт власти родных и от людской злобы.Наше преступление в том, что мы любим,Если любовь может быть преступлением.
Она стала моей надеждой, моей судьбой…
Дальше последовало какое-то немыслимое количество строф в том же духе.
Когда поэма закончилась, лорд Боулсворт весь в слезах — то ли от ярости, то ли от отчаяния, а может, даже от чувств! — сдался.
* * *29 августа лорд Суонтон и леди Глэдис Фэрфакс поженились по специальному разрешению в особняке Уорфордов в комнате, где фриз над камином изображал свадебную сцену.
Как сообщило «Утреннее обозрение Фокса», «Невеста была одета в белое атласное платье с тесно пригнанным корсажем, богато вышитой пелериной, накинутой на плечи, и с покрытым вышивкой креповым шлейфом.
Ее прическу украшали цветы».
На следующий день леди Уорфорд написала в письме к матери Лисберна о том, что церемония венчания прошла без сучка и задоринки. Вид у генерала, отмечала она, был необычно подавленным.
По ее словам, «Глэдис действительно выглядела просто превосходно»."
"Она сияла от счастья. И я была искренне рада за нее.
