Подбежав к гардеробу, открыла его и что-то достала оттуда. Это был халат из синего бархата, расшитый экзотическими цветами, очень похожий на мужской. Он ничем не напоминал ту непристойную одежку, что была на ней недавней ночью. Это было нечто солидное, явно скроенное на восточный манер, с подкладкой из шелка. Когда Леони завернулась в него, халат скрыл все, кроме очертаний фигуры. Почему-то в таком виде она показалась ему даже более сексуальной, чем когда была полуобнаженной.
Лисберн сел на кровати.
— Ты же не пойдешь открывать дверь, — забеспокоился он.
— Только не в этом! Лучше иди сюда. Пусть слуги займутся тем, кто там. Если только это не еще один любовник, который пожаловал к тебе среди ночи.
— Разве у меня есть время еще на одного любовника? — усмехнулась Леони. — У меня на тебя-то его едва хватает.
И торопливо вышла из комнаты.
Он заставил себя вылезти из постели и принялся искать сорочку. Нашел не сразу, потому что ум его был занят другим. Наткнулся на ее чулки, на свои. Потом обнаружил ее корсет, подвязку.
Причем только одну. А где парная ей?
Лисберн не мог оставить белье лежать просто так. Он все собрал, как делал это и раньше, рассортировал на ее и свое и сложил у подножия кровати. К тому времени, когда Саймон нашел сорочку и натянул ее на себя через голову, он начал удивляться, куда запропастились его брюки. В этот момент Леони вернулась.
— Быстрее, быстрее! — заторопила она его. — Нам нельзя терять ни минуты.
Он все еще был как в полусне. Ее белье, сложенное в изножье кровати, затуманивало голову.
Он не был готов торопиться. И не хотел! Ему хотелось опять затащить ее в постель. Он еще не закончил с ней. Ночь еще в самом разгаре. Ему было так уютно. Хотя…
Лисберн вдруг словно очнулся.
— Кто пришел? Может, мне вылезти в окно? Или дом загорелся?
— Да уж, загорелся. Скажешь тоже! — Леони скинула с себя халат и принялась опять рыться в гардеробе.
Он заставил себя думать.
— Кто приходил, Леони?
Обернувшись, она посмотрела на него. Ее волосы были сплошным буйством локонов рыжего цвета, которые вспыхивали пламенем, едва свет от свечи падал на них.
Вьющиеся пряди дрожали на затылке, падали на шею, спускались по спине, доставали до очаровательной попки. Разум у него опять заволокло туманом. Он смотрел на нее, забыв обо всем, кроме тепла ее тела и ощущения от ее кожи под своими ладонями…
— Разве это не очевидно? — удивилась Леони.
— То есть? — теперь уже удивился он. — Нет, конечно.
— Это был Фенвик, — сказала Леони. — Он ее нашел.
