Лисберн не стал спрашивать, применимо ли это правило к женщинам. Он мог предположить, каков будет ответ. В любом случае этот разговор пробудил в нем любопытство. Ее не нужно было уговаривать, чтобы изложить подробности, касающиеся «шокирующего эпизода».
Сама история не пролила дополнительный свет на Тикера и Маффета, и все, что она рассказала, лишь продемонстрировало ее мастерское владение искусством наносить косвенные оскорбления. Но самым интересным оказался ее рассказ о таинственной француженке.
* * *Среду, хоть она и не была самым плохим днем в истории «Модного дома Нуаро», Леони не могла отнести к своим любимым дням.
Магазин почтила своим визитом только горстка клиенток, причем пришли они совсем не для того, чтобы что-то купить. Они показывали пальцами на шляпки, с усмешками оглядывали манекены, отпускали обидные замечания театральным шепотом и совершенно непозволительным образом пялились на продавщиц. К счастью, большинство девушек, так же как Селина, привыкли скрывать свои чувства.
Но потом все равно плакали в рабочей комнате. Девушки переживали за свое будущее.
Четверг оказался немногим лучше. Одна из первых важных клиенток магазина миссис Шарп осталась им верна, потому что ей показалось, что она должна по-прежнему оказывать поддержку лидеру лондонской моды, по крайней мере в кругу своих знакомых. В этой группе не было сливок общества, но в нее входили несколько самых богатых лондонских семей.
Хлоя — дочь миссис Шарп — каким-то образом сумела завлечь в свои силки самого неуловимого холостяка Лондона.
Так как в скором времени она должна была стать графиней, к счастью, ей нужно было пошить наряды к свадьбе. Это уже что-то в любом случае. Кроме того, старшая дочь миссис Шарп недавно вышла за принца, и платья невесты и сопровождавших ее на свадьбе стали предметом для разговоров всего Лондона. Несколько дамских журналов еще долго описывали ее наряды. И все благодаря Софи!
— Я заявила мистеру Шарпу, это будет либо «Модный дом Нуаро», либо Париж, — рассказывала миссис Шарп.
— Муж выбрал Париж, как я и предполагала. Но он не понимает, что даже Викторин не сможет выполнить работу так же хорошо, как вы.
При всем своем уничижительном отношении к знаменитой модистке Парижа миссис Шарп и по отношению к «Модному дому Нуаро» была неискренней. Она приводила сюда свою дочь с утра пораньше, пока все модное общество еще почивает, и просила Леони никому не говорить о ее визитах.
