Кроме моего сердца, где засела болезненной занозой на долгие годы.
И вот она снова появилась в моей жизни. На хрена? Зачем? Кто там сверху решил, что нам опять стоит встретиться? Тем более теперь, когда все то, что происходило в прошлом, уже не имеет значения.
— Пьешь? — спрашивает Карина, усаживаясь в кресло для посетителей напротив и кивая на бутылку коньяка рядом с монитором.
— И тебе здравствуй, дорогая, — отзываюсь неохотно.
Давая понять, что она не вовремя. Совсем не вовремя. Ни настроения, ни желания общаться со своей так называемой невестой нет.
Наши отношения давно трещат по швам, а в последние дни меня и вовсе преследует мысль, что пора заканчивать весь этот фарс. Жениться на ней я все равно не собираюсь.
Карина оглядывает кабинет, задумчиво стучит длинными ногтями по столу и спрашивает в лоб:
— Стас, что происходит?
— А что происходит? — повторяю за ней.
Алкоголь в крови притупил мозги, и мысли в голове кажутся неповоротливыми.
— Ты не звонишь, уезжаешь в свой Мухосранск, приезжаешь, снова не звонишь, опять уезжаешь — и так уже месяц! Нет, я понимаю, у тебя дела.
Но хотя бы из вежливости можно поставить меня в известность? Не позорить перед отцом?
С Кариной наш роман завертелся внезапно. Как раз тогда, когда я понял, что дальше так продолжаться не может. Почти два года я крутился, зарываясь, как крот, в работу с головой, а в перерывах трахал очередную блондинку. Светлые волосы, тонкая талия. Это была не Катя — какая-нибудь Женя, Лена, Оксана, Ангелина, но мне было плевать.
Сзади они похожи, и я с легкостью мог представить себе, что это та, которая мне нужна.
Это казалось каким-то наваждением. Какой-то местью самому себе.
А потом появилась Карина — полная противоположность Кате как во внешности, так и в характере. Горячая южная красавица. И я решил, что пора что-то менять в своей жизни. Например, типаж женщин.
С Кариной все вспыхнуло ярко и быстро. Закрутилось так, что я не успел очухаться, а уже по всем фронтам оказался связан: бизнес с ее отцом, слухи о моей личной жизни, желтая пресса, друзья.
Да и самому захотелось чего-то постоянного.
— А давай расстанемся? — вылетает внезапно и легко.
И словно тяжелая гранитная плита валится с плеч — настолько правильным кажется это решение.
Я никогда не чувствовал себя счастливым рядом с Кариной. Страсть была, а вот какой-то душевной теплоты, удовлетворения — нет. В этом месте всегда ощущалась пропасть. Пустота. Мы слишком разные.
