Вроде бы приятно, но не вставляет, не врезаются эти запахи в мои вкусовые рецепторы так, чтобы я ахнула и обомлела. Чтобы закатились глаза от удовольствия. Чтобы как со Стасом: прикосновение, искра, пожар. И я лечу в пропасть со счастливой улыбкой на устах.
Леша вообще какой-то неуверенный сегодня. Зажатый, скованный. У него сухие губы, которые пытаются изобразить поцелуй, а вместо этого выходит невнятное нечто.
Понятно, что моя вина во всем этом тоже есть. Если бы я повела себя чуть более сдержанно в тот вечер и не психанула, не сбежала, может, Леша и был бы поактивнее, а пока выходит то, что выходит.
Да у меня даже первый поцелуй в школе с таким же неопытным пацаном, как и я тогда, был более живым и приятным.
Я разрываю наш взаимообмен слюнями — а иначе этот момент и не назовешь — и делаю шаг назад. Разочарование холодной змейкой струится в груди, растекается вязким осознанием, что все неправильно и не так. Я только делаю хуже.
— Мне надо идти работать, — поясняю извиняющимся тоном. — Ты будешь ждать?
Алексей смотрит на меня с непониманием.
Он сделал все, как я просила, но чувствует, что я не получила удовольствия. Что что-то не так.
— Да, конечно, я же обещал, — отвечает осторожно.
— Ну и отлично. Пойдем.
Мне стыдно. Наверное, в его глазах я выгляжу неуравновешенной истеричной особой. То сбегаю, когда он делает шаг навстречу, то сама вешаюсь ему на шею и чего-то прошу. А потом снова отталкиваю. И так по кругу.
Леша уходит в общий зал, а я медленно плетусь к випу. В голове хоровод из дурацких мыслей, которые мне не нравятся.
Я пытаюсь думать о чем-то отстраненном: о сыне, о Ритке, о будущих выходных, — но ловлю себя на том, что принюхиваюсь к своей одежде. От меня пахнет Горовым. Его парфюмом, его запахом. Как? Ну вот как, если я только что целовалась и обнималась с Лешей?
Подношу руку к носу, пытаясь различить дымный аромат, но вместо этого чувствую настойчивые древесные нотки кедра и сандала. И внутри все переворачивается, вспыхивая нужными мне ощущениями. Теми самыми, которых я ждала пять минут назад, стоя в обнимку со своим мужчиной и пытаясь пробудить в себе желание.
Теми, которые мгновенно просыпаются, стоит мне вспомнить Стаса, и совершенно не реагируют, когда я думаю о Леше.
Это фиаско, мать. Если только дело не в парфюме. Но ведь не будет Горов пользоваться афродизиаком? Смешно же. Хотя мысль купить Леше похожий аромат все же мелькает на задворках сознания.
Ладно, ерунда. Переживем. Однажды справилась, и в этот раз смогу.
