Для меня это часть жизни, обычные выходные, а вот Стаса, стоящего в очередях на детские качели наравне с простыми людьми, видеть непривычно. Даже странно. Без охраны и в повседневной одежде: футболке, джинсах, кроссовках — он выглядит как обыкновенный среднестатистический мужчина. С женой и ребенком.
Я с улыбкой машу Ромке, когда он садится на паровозик и проезжает мимо нас. Пока жду окончания заезда, Горов успевает отлучиться и купить мороженое.
— Держи, — протягивает мне вафельный рожок с ванильно-сливочным наполнением.
Солнечный день, наполненный улыбками окружающих и хорошим настроением, становится еще чуточку светлее после сладкого десерта. И плевать, что все это не по-настоящему, что это лишь жалкая имитация, я все равно счастлива. Сегодня. Сейчас. Я так хочу!
— Мам, а можно мне на те горки? — прибегает с восторженным видом Рома после того, как заканчивается время катания на детском аттракционе.
Стас вместе со мной переводит взгляд в ту сторону, куда указывает сын, и с сомнением качает головой:
— Одного тебя туда не пустят.
Только со взрослыми.
— Мам, а ты пойдешь? — с надеждой оборачивается сынишка.
Он еще не свыкся с присутствием отца и пока все просьбы по привычке адресует мне.
— А ты не будешь бояться? Там может быть страшно, — предупреждаю заранее.
— Нет, я же не маленький! — смешно дует губы сын.
— И кричать не будешь? — улыбается Стас.
— Нет, тебе еще рано туда, — наблюдая, с какой скоростью разгоняются кабинки, решаю отказать.
И дело не в том, что Ромка маленький.
Тут скорее я не готова к такой встряске адреналина.
— Ну мам, пожалуйста?
— Ром, не в этот раз.
— Один разочек? Вместе с тобой и папой? — не унимается Рома и строит умоляющую мордашку.
— А если ты уже на горке испугаешься и начнешь просить остановить — что будем делать?
Но Ромка упрямо мотает головой, настаивая на своей просьбе.
— Ну, смотри. Раз пообещал, то обязан выполнить, — внезапно соглашается Стас. — Подождите меня тут, я схожу за билетами.
Я собираюсь возмутиться и отговорить его от этой затеи, но не успеваю опомниться, как Горов исчезает за поворотом.
— Я не поеду! — только успеваю крикнуть вслед.
— Ты боишься? — насмешливо щурится Ромка, чувствуя свое превосходство. — Это же весело, мам!
— Не спорю. Но я не хочу.
— Боишься, боишься! — дразнится он и, как только отец возвращается, тут же делится с ним своим выводом: — А мама боится с нами ехать!
— Да? Чего это вдруг?
— Я не хочу. И Ромке, считаю, туда еще рано идти.
