— Мне привет передать от тебя Селезню? — бросаю ей вдогонку.
— Не-ет! Не вздумай. Я с ним сама разберусь, — с предвкушением тянет подруга. — Надо подумать как, но таких гадов однозначно надо наказывать. Прощать их нельзя!
Глава 29
В столицу мы прилетаем уже поздно вечером. Перед самой посадкой приходит глупая мысль: что делать, если Стас нас не встретит, забудет, не успеет? Не пришлет водителя? И хоть сумма в несколько миллионов на счету исключает вероятность застрять в аэропорту без денег, все равно тревожно, особенно с ребенком.
Да и так называемые алименты я трогать не хочу. У меня до сих пор ощущение, что это чужие деньги и их надо вернуть. Позже, скорее всего, открою счет на имя сына, перекину их туда. Или куплю ему квартиру — с ежегодной инфляцией это вполне выгодное вложение.
Но Горов не подводит, встречает в аэропорту. Сам. С цветами.
— Как долетели? — интересуется, забирая у меня сумку и вручая букет из моих любимых пионовидных роз.
Проклятое дежавю накрывает с головой.
Как давно это было — в прошлой жизни, не меньше, — когда я вот так же возвращалась от мамы к нему и он ждал меня с букетом среди встречающих. Гоню прочь навязчивое видение.
— Не стоило, — отвожу взгляд, злясь на саму себя за охватившее меня волнение.
Мне давно не дарили цветов. Я и забыла это ощущение, которое испытываешь, когда получаешь от мужчины подобные знаки внимания. От любимого мужчины! А Горов хоть уже и не любимый, но все равно не чужой. Вот я и поплыла.
— Долетели хорошо, — добавляю следом.
Он не должен догадаться, что я чувствую сейчас.
— Ты рассказала? — тихо уточняет Стас, кивая на ничего не подозревающего сына.
Я отрицательно мотаю головой. Мы договаривались, что я подготовлю Ромку, открою тайну, куда мы летим. И я даже пыталась — сегодня утром дома, вечером в самолете, — но в итоге так и не смогла. Не хватило смелости.
Отвожу виноватый взгляд. Стас понимает с полуслова, но претензий не предъявляет. Просто принимает как данность и ведет нас на автостоянку.
Свежий ночной ветерок треплет волосы, доносит до обоняния тонкий аромат роз. Всю дорогу до машины я незаметно вдыхаю их божественный запах. Я всегда любила именно этот сорт цветов. Они пахнут особенно — любовью, нежностью, раем. Будят в душе давно забытые чувства.
Пытался ли Горов что-то показать этим жестом или просто купил из вежливости? Хотя какая разница, если будущего у нас все равно нет, — обрубаю себя.
