Я в то лето закончила первый курс библиотечного факультета Московского института культуры."
"Учиться мне нравилось. Гранит науки я грызла охотно и легко.
После учебы подрабатывала в столовке посудомойкой, куда меня по великому блату устроила бабушка.
Вечерам вела обычный студенческий образ жизни. На неделе готовилась к занятиям. По выходным играла в самодеятельном театре при институте. Вечерами бегала с сокурсницами на танцульки в вузы, где было много парней.
Ну, вот такая у меня была незамысловатая жизнь.
И тут…
На горизонте нарисовался Борис Прокопьевич Хохрин.
Бабуля моя как узнала о приезде Борика, так сразу начала разводить бурную деятельность в части устройства моей личной жизни.
Сначала она мне промывала мозг почти неделю, рассказывая какой он хороший, статный, видный, красивый. Да еще и военный!
Последнее среди всего прочего было самым значимым.
- Эмка, ты, вообще, понимаешь, что такое выйти замуж за военного?
С утра до вечера вбивала в мою голову свой жизненный опыт и свою философию ба.
- Это быть обеспеченной от и до. И квартира тебе, и продуктовый паек, и санаторий с профилакторием, и отпуск у моря, и бесплатный проезд, - перечисляя все преимущества замужества за военным, бабуля с удовольствием цокала и загибала пальцы. - Еще и мужик непьющий. Ну, потому что армия дисциплинирует и держит в кулаке.
На поверку, конечно, все оказалось не совсем так. Но…
Кто же тогда мог тогда об этом знать.
Через неделю поливания моего мозга, словно ба ожидала, что на моей голове вырастут цветы, все же нарисовался сам ОН - Борис Прокопьевич Хохрин.
На самом деле Борька оказался не красивым и не здоровенным, а самым что ни на есть обычным среднестатистическим мужчиной.
Худым, невысоким, невеселым и уже лысеющим. Ну, только что в форме, которая, конечно, придавала ему лоска и важности. Ах, да…
Еще звездочки и полоски на погонах.
Ну, тогда я значения этих знаков отличия не знала совершенно.
Но…
По форсу Бориса и его многозначительным речам была на все тысячу процентов уверена, что он имеет отношение к высшим чинам.
И только уже приехав с ним в часть на Крайний север, узнала, что Борис - старший прапорщик. Но…
Давать заднюю с пузожителем в своем животе и штампом в паспортом мне уже было поздно.
Да, и, в принципе, к Борькиным званиям я всегда относилась равнодушно.
Дослужился до старшего мичмана. Утешил свое больное самолюбие.
