Глава 37
Александр Михайлович вздохнул, потер ладонью затылок и наконец заговорил:
— Танюша, учитывая наши отношения, мне очень трудно вести этот разговор. Но ты, наверное, понимаешь: сколь веревочке ни виться, а конец обнаружится. Да, ты попыталась скрыться. Однако бумажный след остался, и его не слишком сложно найти. Особенно если знать, что искать. Итак… Татьяна Михайлова, она же Белка, была убита на улице теми, кто ограбил ломбард. А спустя два года после гибели матери Саши и Ани некая Татьяна Николаевна Михайлова, чей день и год рождения совпадают с данными погибшей, вышла замуж за вдовца, педиатра Максима Михайловича Панина и, конечно же, взяла фамилию мужа.
Дегтярев вынул из портфеля две фотографии.
— Вот, посмотри. Слева Таня Михайлова времен своей студенческой юности. Она худенькая шатенка с длинными вьющимися волосами, глаза смотрят зорко. А супруга врача — блондинка с короткой стрижкой, носит очки, перед тобой фото из ее паспорта. Рост у женщин совпадает, метр шестьдесят два, и по физическому строению они похожи, а вот цвет волос и прически разные, и одна плохо видит.
"
"— Саша говорила Ане про мать, что та высокая брюнетка, — вставила я словечко. — Но Александра была ребенком, когда в последний раз видела маму, а детям все взрослые кажутся ростом с каланчу. Изменить внешность можно безо всяких операций, что вы и проделали: постриглись, покрасились и обзавелись окулярами. Да еще уехали в Питер. Долгие годы Панины жили в Северной столице, в Москву перебрались, когда Леониду исполнилось семнадцать.
Переезд был вызван болезнью мужа, врачи посоветовали педиатру уехать из города, где всегда сыро. Петербург очень красив, но климат в нем неблагоприятен для людей, у которых есть проблемы со здоровьем. Полагаю, вы уже не опасались встретить в столице знакомых времен бурной юности, к тому же время изменило не только вашу внешность, но и характер. Безалаберная Таня Михайлова, способная забыть о том, что надо покормить детей, гуляка, сторонница беспорядочного секса, любительница выпить, лентяйка и неряха, превратилась в образцовую жену, прекрасную мать.
Вот только одного не могу понять. Вы воспитали Лёню, своего пасынка, любите его по-настоящему, всегда поддерживаете сына, которого не рожали. А как же родные дочки?
Панина продолжала молчать. Александр Михайлович достал из кейса еще два фото.
— Не ждал, что ты сразу закричишь: «Да, да, вы правы, я та самая Таня Михайлова!» Поэтому вот тебе еще снимки.
