На него, хорошо обеспеченного человека, холостяка, сироту, который никогда не ставил штамп в паспорте и не имеет детей, девушки, а также дамы давно открыли активный сезон охоты. И дабы заарканить жирную добычу, принцессы не стесняются в выборе оружия. Но вот парадокс! В мгновение ока составляющий мнение о мужчинах, Гена с дамами осторожен, как опытный, потрепанный жизнью тушканчик. Он ни разу не приходил к нам в гости вместе с какой-нибудь блондинкой-брюнеткой. Погодин всегда заявляется в Ложкино один. Секретарь не в счет, она сотрудница, следовательно, бесполое существо, которое обязано носить чуть ли не монашескую одежду, чтобы в голове у шефа случайно не возникли скабрезные мысли.
А вот на всяких новомодных вечеринках, которые мы с Феликсом, еще не став мужем и женой, иногда посещали, Погодин всегда веселился в компании красивой спутницы, причем каждый раз новой и, как правило, стройной, длинноногой, с большим бюстом, с небесно-голубыми глазами. И вовсе не дурочкой.
Помнится, меня очень удивила одна из них.
Во время очередной вечеринки к Гене подошел какой-то мужчина и завел деловую беседу. После его ухода дама Погодина меланхолично бросила в пространство:
— Не стоит доверять тому, кто, беседуя о продаже бумаг, произносит слова «валютная змея».
— Чего? — не понял Гена. — Зайка, поясни.
Очаровательное существо усмехнулось:
— В каждой области существуют свои особые словечки, сленг, понятный лишь спецам. «Жирный кот», «капитал-морковка», «копченая сельдь» — все это экономические термины. Твой собеседник, говоря об активной продаже конкретного вида бумаг, все время повторял «запустить валютную змею».
Но «валютная змея» обозначает систему согласований валютных курсов европейских государств. То, о чем с пылом вещал мужик, именуется «налет медведей».
— А что такое «копченая сельдь»? — изумился Погодин.
Зайка расцвела очаровательной улыбкой.
— Отвлекающий маневр, когда создается предварительный пакет эмиссии займа облигаций, однако в нем не указывают основные параметры. При этом проспект выходит в свет до того, как регистрационное заявление эмитента вступает в силу.
Все очень просто. Не так ли?
Феликс и Гена молча моргали. А я, не понявшая ни слова из речи милой Зайки, все-таки пробормотала:
— Да. Элементарно.
Однажды, вернувшись после очередной вечеринки домой, я сказала Феликсу:
— Девушки у Гены как на подбор красивые и неглупые, скоро кто-то из них стреножит бизнесмена-бабника. Недолго ему на свободе пастись осталось.
Маневин смутился.
