Оказалось, у Воробушка совсем немного вещей, основная их часть хранилась в подвале еще после ее спешного переезда от гражданского мужа. Глеб справился с перевозкой за пару часов и уже той же ночью они вместе ужинали в его квартире.
Пусть устроенный Адель карантин в итоге так и не защитил Глеба от заражения, зато сыграл другую весьма положительную роль. Да, пришлось изрядно понервничать, даже помахать кулаками, зато любимая теперь ходила с сапфировым кольцом на пальце. Иначе еще непонятно, сколько бы она мариновала Глеба под острым соусом, имя которому «Разлука и Ревность».
Жаров любил своего Воробушка долгие годы, и каждое новое расставание с ней было пыткой. К счастью, больше никаких разлук не предвиделось. Адель теперь официально его женщина. И он сделает всё для того, чтобы она чувствовала себя с ним счастливой. Он отдал ей право решать, когда они должны пожениться, какую она хочет свадьбу. Заранее был готов на любые ее предложения, главное, что жених — он.
Ему до сих пор немного не верилось, что мечта стала явью, что Адель будет с ним каждый день и каждую ночь он сможет ее любить… Ну… когда поправится.
«Надо побыстрее вылечиться! И немного поспать…» — решил он, чувствуя изрядную слабость.
Повернулся на бок и уже было задремал, но через пару минут проснулся от стойкого ощущения чьего-то присутствия в комнате. Открыл глаза и обнаружил рядом с кроватью Бориса.
— Ты болеесь? Да? — поинтересовался ребенок.
— Да, болею, — кивнул Глеб.
— Прости, прости… — принялся сокрушаться малыш.
— За что простить? — Жаров поначалу даже не понял, о чем речь.
— Что я тебя заразил!
— Заразил? — вдруг дошло до него.
Глеб посмотрел на грустное лицо мальчишки, и ему вдруг стало так жалко ребенка, что в груди защемило.
— Иди сюда, малец, — позвал он Бориса, похлопав по месту на кровати рядом с собой.
Тот подошел ближе, и Глеб посадил его рядом. Постарался объяснить максимально понятно:
— Ты не виноват. Болеют и взрослые, и дети. Такое случается, это нормально… Виноваты вирусы, бактерии, но мы с тобой сильные, я обязательно поправлюсь, как ты, и пойдем вместе гулять.
Да, Борис?
— Да! — счастливо согласился тот, а потом предложил: — Давай играть?
— Ну, давай! — кивнул он ребенку: отказывать в такой невинной просьбе не хотелось, а поспать можно и позже.
Борис радостно взвизгнул, бросился вон из комнаты. Впрочем, вернулся довольно быстро — и не с пустыми руками. Очень скоро на кровати, где лежал Глеб, была расставлена коллекция динозавров.
