– Я пока не пойму одного, – сказал Акоста. – Операция завершена или нет?
– Технически завершена.
– Что под этим подразумевается?
– Подразумевается то, что у противника нет возможности убивать людей и возить порошок. Они нейтрализованы.
– Насколько нейтрализованы?
– Они живы, если в этом смысл вопроса. – Я усмехнулся. – Но они неспособны… попасть сюда. Кто из них жив, тот там, внизу.
– И что осталось сделать?
– Принять некоторые меры к тому, чтобы у них не возникло даже эмпирической возможности подняться.
Но как угрозу их уже можно вычеркивать.
– Вы уверены?
– Уверен.
Да, пожалуй, что уверен. И да, надо сделать еще кое-что, чтобы стать уверенным окончательно.
– Отец О'Мэлли уже связался с семьей Патрика, – вдруг сказал Акоста. – Я не думаю, что вам вообще следует обнаруживать себя. Они о вас ничего не знают.
– Здесь его вещи, трейлер, машина.
– О'Мэлли пришлет людей, они все заберут и увезут.
– Я понял.
Спасибо, что одной тяжкой обязанностью меньше. Не знаю, как бы я объяснял его родителям, что их второго сына тоже убили мексиканские бандиты.
Нет, я понимаю, что должен, но все равно.
– Что-то я могу сделать для вас? – спросил Акоста.
– Нет, спасибо, уже ничего.
– Как-то компенсировать расходы?
– Этого не требуется.
Они дали мне заработать. Это нормально, что часть денег я спустил на дело, ради которого был нанят.
– Тогда удачи.
– Взаимно.
На этом разговор закончился. Росита была неподалеку, слышала каждое слово. Когда я отключился, она спросила:
– Ты опять собираешься куда-то уехать?
– Нет.
Я сначала не понял, о чем это она, потом сообразил – она понимает, что Энн Хилли жива. Что она где-то не здесь. Что это был ее дом. И просто спрашивает, не собираюсь ли я к ней уехать?
Нет, не собираюсь. У меня нет уверенности в том, что это не она нас сдала. И нет душевных сил просто найти ее и убить. Я понимаю, что делаю ошибку, но вот так получается. Я не хочу к ней ехать. Пока. И если захочу, то… не знаю, зачем именно.
Ведь нельзя бесконечно долго закрывать глаза на то, что на свободе остался самый настоящий демон. Но при этом у меня бы не получилось сделать то, что я сделал сейчас – изолировать всю эту нелюдь внизу. Они же не сами по себе побежали прятаться в изнанке Саломи, это она их туда отправила. Прекрасно понимая зачем.
И при этом я так же прекрасно понимаю, что она сама не изменится. Что даже в панамском доме ей нужен будет спуск, а спуск не берется из ничего.
