Здесь кроме квадратного стола, двух стульев и видеокамеры на высоком штативе больше ничего не было. Иван уже битый час допрашивал Горелова, но так и не смог понять — действительно у Горелова не все в порядке с головой или он притворяется?
— Я тут посмотрел досье на твоих жертв — ни в чем плохом они не были замечены.
— Ну как же? — Горелов посмотрел на фотографии восьми девушек, что Ворон разложил перед ним на столе. — Они все виновны.
— Это голос тебе сказал?
— Да, он всезнающий, — не моргнув глазом ответил Горелов.
Иван скривился и закатил глаза.
— А таблетки тебе помогают?
— Помогают. Голоса больше не слышу, — смиренно отвечал бывший маньяк.
— А он не говорил в чем же виноваты девушки? — мягко, словно ребенка спросил его Иван.
Но Горелов ответить не успел. Дверь допросной открылась и на пороге появился Константинов.
— Кончай его! — рявкнул начальник.
— Что? — опешил Ворон и посмотрел на побледневшего Горелова.
— В смысле, заканчивай с ним и дуй в переговорную! — приказал Константинов и захлопнул дверь.
— Повезло тебе, касатик. Прыгай отсюда, — угрожающе сдвинул брови Ворон и принялся убирать фотографии.
Горелову особое приглашение не требовалось. Он встал и, поклонившись, будто перед ним был не простой акудзин, а как минимум председатель Правления, испарился.
Насвистывая веселый мотивчик, Иван поднялся на этаж выше и вошел в переговорную. Все уставились на его довольное лицо, и с него тут же исчезла улыбка.
— Кто умер? — спросил Ворон.
— Мочалов, — ответил Кирилл.
— А кто это?
— Очередная жертва нашего сатаниста.
— Печально, — совсем непечально ответил Иван и сел на свободное место.
В переговорной помимо друзей присутствовали Константинов, Шилов и Богданов.
— С тебя и начнём, — заявил Константинов и сделал вид, что внимательно слушает подчиненного.
Иван сел прямо, сделал донельзя серьезный вид, будто акудзина подменили, и принялся рассказывать:
— Я не понимаю Горелова. Начнем с того, что это вряд ли он, потому что во время первого убийства он был в Солянке.
Я это уже говорил и буду дальше повторять, так что смиритесь. Совершать преступления ему говорил некий голос, который слышал только он. Сейчас он пьет таблетки, которые мне продемонстрировал. Медик Солянки подтвердил, что назначил именно эти. Я уже говорил, что по всем тестам Горелов шизик. Мне стало интересно, что же говорил ему голос... — Иван выдержал мхатовскую паузу, повысив заинтересованность «зрителей». — А говорил он, что все девушки были грешны.
