— Договаривай, я же вижу, что ты уже включил Ищейку.
Кирилл смущенно кашлянул, обвел всех взглядом и, получив молчаливое одобрение, продолжил:
— Иван выяснит про старого знакомого. Марк, поищи информацию о подобных ритуалах в своих источниках, а я пока изучу дела, может увижу что-то, чего не увидели люди.
— А вампиры? — спросил Константинов.
— Вампиров со счетов не сбрасываем, но сначала соберем информацию и войдем в курс дела.
— Работаете с Игорем. Докладываете ему и мне, в том числе. Вопросы? — грозно спросил подчиненных Константинов.
— Нет вопросов? Отлично! Приступайте! Назначаю вас главными по чокнутым маньякам.
— За что? — скривился Ворон.
— Чтоб жизнь малиной не казалась, — ехидно усмехнулся Константинов.
Однако по выражению лиц друзей всем было понятно — они рады, что им досталось новое непростое дело. Трудности эти трое любили.
Глава 3
Иван Иванович Воронов, он же Ворон, бодрым шагом шел по коридору Седьмого отдела. Он остановился у двери с металлической табличкой, на которой было выгравировано имя его владельца: «Старший следователь Богданов Григорий Владимирович».
Иван усмехнулся. В Седьмом отделе водилось с десяток следователей, остальные слыли простыми операми, чистильщиками и охраной. Звания им эти раздали совсем недавно. Иван с друзьями, например, работал в отделе всего год, в отличие от Богданова, который пришел вместе с Константиновым лет восемь назад, а тоже числились следователями. Впрочем, акудзинам на звания было плевать. Они выполняли самую разную работу и различий между собой не делали.
Ворон без стука распахнул дверь и узрел Богданова, который, сидя перед телевизором в кресле, играл в гонки на игровой приставке.
— Стучаться не учили? — нахмурился Богданов.
— Не-а, — нагло усмехнулся Ворон и оперся плечом на дверной косяк. — Зря все-таки Демон намутил нам тут ремонт и технику. Совсем работать перестали.
— Что делать, когда работы нет? Акудзин в городе, знаешь ли, в десятки раз меньше, чем человек. А после вашего маньяка любой задумается, прежде чем высасывать людишек.
Богданов поставил игру на паузу, сложил мощные руки на груди и усмехнулся в бороду. Он до жути напоминал крутого байкера, но мотоцикла не имел и даже не стремился к этому.
— Наш маньяк, как ты говоришь, убил сто тридцать пять человек. Поэтому и приговор был суровый.
— Не припомню у нас пожизненных.
— Я тем более, но мне плевать. Но возможно у нас старый маньяк из Солянки вышел. Горелов фамилия. Помнишь такого? — хитро сощурился Ворон.
