Джордан взял меня за руку и повел к выходу, прокричав в ответ:
– Значит, выдадим Терезу замуж, и вторая половина заповедника – наша!
Тут же раздался свист, и в сантиметре от плеча Джордана пронесся кухонный нож.
– Боже, – только и смогла я выговорить.
– Тея страшна в гневе, – пояснил он.
И, сделав последние пару шагов в темноту прихожей, неожиданно притянул к себе.
Шутливая перепалка за столом, судя по повышенным тонам, превращалась в бурный спор. А я не понимала ни слова. Потому что все мои мысли теперь были заняты Джорданом Фрейзером.
Он заключил меня в кольцо своих рук, и испытующе вглядывался в моё лицо. Я бессознательно прижалась к нему, ожидая, что он вот вот опять поцелует.
И когда он наклонился, я потянулась навстречу. И тут же разозлилась сама на себя.
– Ты правда сейчас нырял в океан? – вдруг выпалила я.
– Правда, – ответил Джордан, уже касаясь моих губ своими.
– Чтобы восстановить силы?
– Чтобы избавиться от… В общем, ты знаешь, зачем возбужденный мужчина принимает холодный душ?
И зачем только я спросила?
– Могу предположить.
– Но, похоже, все зря, – прошептал он между поцелуями. – Я, как только снова тебя сейчас увидел, ни о чем другом думать уже не могу.
Он легко толкнул меня, и, в подтверждение своих слов, прижал к холодной стене. Ощутив твердость и жар, я поддалась инстинктам и обвила его шею руками. Его горячие ладони, блуждающие по моему телу, и глубокие чувственные поцелуи лишали рассудка.
– Джордан…
– Ммм?
– Ты же ничего не делаешь сейчас со мной?
– Делаю.
И буду делать. Мне нужно несколько часов с тобой наедине. И чтобы никто не мешал.
– Ты мне ничего не внушал, я имею в виду?
– Нет. А ты чувствуешь себя как-то необычно?
– Необычно, да.
– Расскажешь подробнее, когда вернемся.
Да что тут рассказывать? Я начала влюбляться в него. Вопреки всему, что мне в его характере и поступках чуждо. Всего за сутки, проведенные вместе. Это сумасшествие, не иначе. Или какие-нибудь чары.
В любом случае, с ним я – уже не я.
Если хочу оставаться и дальше в здравом уме, нужно держать дистанцию.
Он в последний раз поцеловал меня, и отошел к вешалке.
– Ты помнишь, о чем мы договорились, – поинтересовался он, протягивая мне сапоги и чей-то подходящего мне размера дождевик.
– Да, – ответила я, одеваясь.
– Не бойся. Ни меня, ни чего бы то ни было вокруг. Что бы ни случилось. Я скорее отрежу себе руку, чем обижу тебя. Понятно?
Я кивнула, чувствуя, как нарастает тревога.
